Берегитесь! Феячу!

– Ваша честь, я, член Высшего Эльфийского Совета лорд Санриэль Дарситар, хочу подать ходатайство об отсрочке исполнения судебного решения на два часа. Полагаю, этого времени мне хватит, чтобы поговорить с лордом Тенриэлем и убедить его отозвать свой запрос, – обратился к судье свёкор, сдерживая в голосе гнев.

– Отклоняется, – вынес вердикт судья. – Запрос лорда Тенриэля уже утверждён и отмене не подлежит.

– Но право первой брачной ночи – это же такая дикость! Много тысяч лет никто не требовал исполнения этого древнего обычая! – с негодованием воскликнула Лериэль.

– Это старый закон, я согласен, – кивнул судья. – Но он до сих пор не отменён. Значит, является действующим. Прошу на выход, леди Фая Дарситар, – обратился он ко мне, и прямо перед нами заискрилась ртутная поверхность портального перехода.

Честное слово, у меня это получилось случайно. Я шарахнулась в сторону от рыжего эльфа в мантии, из моих рук вырвался ослепляющий свет и… все суровые воины во главе с судьёй оказались обсыпаны мелкими блёстками с головы до ног.

Этот гламурный десант стоял и в бешенстве хлопал на меня глазами, гномики сдавленно закашлялись от смеха, а у родителей и Эрни просто тихо отвисла челюсть.

Судья задохнулся от возмущения:

– Немедленно прекратите!

Вот зря он так заорал. Я дёрнулась, и тёмно-синяя униформа стражников поменяла цвет на розовый. Как и судейская мантия.

У гномиков на диване началась истерика.

Пятнадцать суровых эльфийских пупсиков с длинными светлыми волосами и квадратными челюстями испепеляли меня взглядом, сияя блёстками во всех местах, включая интимные.

– Исправляйте всё немедленно, леди Дарситар, иначе пойдёте под арест в ближайшую тюремную гору! – прорычал судья, в шоке окидывая взглядом свой новый прикид.

– Хватит угрожать моей жене! – хрипло от сдерживаемого смеха потребовал мой супруг.

– Леди Фая, я вас настоятельно прошу! – взмолился судья. Он делал лихорадочные пассы руками, пытаясь задействовать свою магию, но всё впустую. Вспомнились слова Эрни о том, что магия фей глушит эльфийскую.

– Я попытаюсь, – пискнула я, понятия не имея, что со всем этим делать.