Академия миражей: правда или ложь

Они даже были готовы на расчлененку и особо чернушную магию. И закралось подозрение, что если я когда-нибудь выйду вечерочком без охраны, то обязательно наткнусь на нее.

- Да уж, Крис, - пожурила я саму себя, когда ко мне вернулась способность соображать, - Это тебе не маленький городок, из которого всегда можно уехать. Тебе учиться целых три года, поэтому стоит слегка пересмотреть свои методы.

- Да, в следующий раз буду действовать не так очевидно, - согласилась я, все еще обозревая бесчисленные клоны моего платья разного роста и объема.

- Вандерос, на выход! – услышала я, а потом пронзительный стук каблучков в тишине, и снова не удержалась: фыркнула.

Значит, и обувь удалось скопировать? Прикольно! А я хороша... Все-таки, определенные способности у меня есть. То есть, опасно, конечно, так поступать и ставить мужчину на каблуки.

Интуиция сразу же мне шепнула, что этот момент он вряд ли простит.

- Крис, - отлепился от стены в самом углу Льюис, и я выдохнула с облегчением: ну, хорошо, хоть одного парня в этом помещении зеркальная магия не задела – на нем была почти нормальная одежда: потертый камзол и ужасного зеленого цвета штаны, - Пойти с тобой?

В который раз поразившись смелости своего новоиспеченного друга, я отмахнулась:

- Сама натворила, самой и разгребать.

- Вандерос! – это уже был не рев, а нечто абсолютно за гранью человеческого слуха, - Еще секунда, и я смету эту Академию к чертовой матери.

- Что вы, господин директор, - сложила я руки на животе и маленькими шажочками благовоспитанно двинулась к выходу, - У меня нет никакого желания знакомиться с вашей матушкой.

Глава 5

Мы вышли во двор, и я сразу заметила, что небо нахмурилось и затянулось черными тучами. Было не слишком поздно, но луна пропала, и вокруг воцарилась непроглядная тьма.

Я поежилась от холода.

Верховный демон, он же директор, резко развернулся на шпильках и вперил руки в боки, как бы потеряв от возмущения дар речи, и теперь наглядно демонстрируя мне, до какой степени у него вызывающий вид.

- Вам идет красный, - нарушила молчание я, и это было последней каплей его терпения.

Одним взмахом он вернул свою одежду, вот только не ту парадную, что была на нем в начале вечера, а повседневную - облегающие брюки, заправленные в черные сапоги, как я теперь заметила, с серебряными шипами и заклепками, и черную кофту с капюшоном.