Дракон в моем сердце

А вот Сергей остался, провожая отъезжающий автомобиль слишком подозрительным взглядом.

– Как говоришь, зовут твою подругу? – прозвучало у самого уха.

– Арти, – неуверенно промямлила я, стараясь смотреть куда угодно, только не на него.

– Артемида, – так не вовремя дополнила проходящая мимо бабушка. – Очень красивое имя для такой видной и статной девушки!

Твердые мужские пальцы впились в мои плечи, одним резким движением развернув меня к себе. В темно-серых глазах снова сверкали молнии, как если бы он имел на меня какие-то права, а я встречалась за его спиной с кем попало.

– Так не терпелось встретиться?! – произнес Сапфир одну короткую фразу, но таким тоном, что сердце рухнуло в пятки.

– И в мыслях не было! Только о тебе и думала, – бессовестно соврала я, пытаясь выдержать этот пронзительный взгляд и не отвести глаз.

Не знаю сколько мы так простояли, но мой ответ Сергею понравился. Уголки его губ дрогнули в подобии улыбки, после чего мужчина подхватил мою руку, оставив на коже чувственный поцелуй.

АРТЕМ

Когда в море вышли пять парусников, каждый под своим флагом, первые солнечные лучи как раз прорисовывали на воде золотые дорожки.

Вокруг предстоящей регаты удалось избежать какой-либо шумихи и даже наличия репортеров. Сработали тихо, быстро, слаженно. В назначенный час встретились в гавани, познакомились с новыми членами команды и разошлись по лодкам.

Матео и Чука представили нам своих напарников. Южного дракона сопровождал крепкий и молчаливый афроамериканец Люка, которого мысленно я тут же ласково окрестил Злюкой.

«С такой рожей только серийных убийц играть», – мелькнула мысль, пока с натянутой дружелюбной улыбкой я пожимал этому гиганту руку. А ладони у здоровяка были такими, что среднестатистическому мужику шею свернут, как цыпленку.

Хорхе, напарник Матео, был несколько старше самого Аметиста и гораздо приятнее Злюки.

– Рад знакомству, – проговорил парень, окинув нас с Сергеем вдумчивым взглядом. Матео с его фирменной ухмылкой на фоне столь серьезного товарища смотрелся отъявленным повесой и разгильдяем.

– Моя сестра, Дана, – произнес Бахтияр и то, что он говорил после, уже никто не слушал.

Ребята с некоторым недоумением во все глаза принялись разглядывать его хорошенькую родственницу.