Дизайнер одежды для фамильяров

Вроде смотрит с сочувствием, но держится настороженно, будто готова в любой момент отпрыгнуть и избежать новых тисков его объятий. И о возрасте говорит. Будто не знает, что для пятисот лет заклинания нахальных ведьм не менее вредны, чем сильные эмоции.

Массуд утирал влажные глаза кончиком мантии и умильно качал головой.

— Ты такая красивая! Наконец Лидред КоллТэрр обретёт покой и счастье.

— Массуд! — Я повелительно протянул руку. — Подойди.

— Ох, простите, мой господин, — пришёл в себя звездочёт.

Я поджал губы и нахмурился. Это подействовало. Поправив одежду, старик выпрямил спину и шагнул ко мне. Припав на одно колено, он склонил голову так, что моя ладонь оказалась над его макушкой, и торжественно изрёк:

— Милости дракона.

— Так вот как тут принято… — донёсся до меня тихий озадаченный голос Евгении.

— Поднимись, — позволил я и, положив ладонь на плечо звездочёта, холодно добавил: — Молчи.

— Но, мой господин… — пролепетал Массуд.

— Смеешь мне перечить? — Я повысил голос, и он снова рухнул на колени.

Послышался тихий сдавленный всхлип. Я сжал челюсти — старик сам виноват. Позволить ведьме зачаровать себя — позор для человека его профессии и опыта. Но раз так случилось, надо повернуть ситуацию в пользу КоллТэрров, которым он поклялся служить кровью и жизнью.

Поэтому, подавив сочувствие в зародыше, я обернулся к ведьме.

— Присаживайтесь, Евгения Морозова. Я не знал, что вы предпочитаете в это время суток, поэтому приказал нести всё, что было. Наверняка вы проголодались после долгого путешествия. Хорошо поешьте!

Она заворожённо опустилась в предложенное Вивеком кресло, сама же не отрывала от меня пристального взгляда. Её фамильяр цапнул бок молочного поросёнка и утащил под стол, откуда донеслось громкое чавканье.

Древние! Эта собака ест как простолюдин.

Я поморщился на миг, но, вернув невозмутимое выражение лица, вернулся на своё место. Девушка моргнула и отвела взгляд. Опустив его на свою тарелку, без энтузиазма подхватила вилку и, нанизав на неё кусочек ближайшего блюда, положила себе в рот.

— А потом мы обсудим наши отношения, — закончил я.

Подавившись, ведьма закашлялась.

ГЛАВА 7.