Конный портрет со свитой

Должно быть, ему не понравилась шутка Василия про «отшельника». Он нахмурился и невесело спросил:

- Пока, говоришь, бандиты из Гатчины не уедут? Это сколько же мне под «домашним арестом» сидеть придется? А главное – что я там делать буду? Вася, ты меня знаешь! Я – натура творческая, увлекающаяся! Я ж в четырех стенах с ума сойду от бездействия. А когда мне становится скучно, я же страшный делаюсь, Васенька! Ты помнишь, как мы в молодости отдыхали зимой в горах, и нашу базу завалило снегопадом по самую антенну? Электричество вырубилось, и на второй день у всей группы начался вынужденный сплин.

Вспомни, с каким девизом я вскочил однажды в пять утра, и что после этого началось?

- О, да! – хохотнул Василий. – Ты бегал и орал эпичную фразу: «Просто будь собой, а остальные шесть дней восстанавливай репутацию!» Какие роскошные оргии при свечах мы потом устраивали! В стиле Древнего Рима, завернувшись в теплые одеяла вместо тог, потому что движок сдох, и холод в помещениях царил просто адский.

Но ты придумывал новые каверзы, несмотря ни на что!

К примеру, начал рисовать на снегу ночью следы огромных лап, а наутро уверял девушек, что вокруг турбазы бродят голодные йети. Потом уговорил Митьку, самого толстого и здорового раздолбая в нашей компании, напялить на себя облезлую медвежью шкуру, что валялась себе до этого на полу в общей гостиной. И бедный Митька выл и рычал под окнами, девицы пищали, а мы с тобой разыгрывали целую комедию с выскакиванием на мороз и сражением против грозного чудища.

Правда, из оружия у нас имелись одни только лыжные палки, но красотки, и впрямь, поверили, что мы спасли их от ужасного Снежного Человека! Бог мой, до чего же это было прекрасное время! То есть, тьфу! Я хотел сказать, что умел ты, Федька, превращать обычный отдых в помесь бразильского карнавала с лихим русским разгулом!

Слегка повеселевший художник польщенно хмыкнул. Женька и Павел, все это время молча слушавшие рассказ, удивленно переводили взгляд с живописца на директора.

- Мда-а! – озадаченно протянул император. – Так вот вы какой, оказывается, выдумщик, Федор Кузьмич. А по виду и не скажешь, что вы способны на такие безумства.

- Наш Федя, когда печалился, еще и не такие фортеля выделывал - вздохнул Василий. – Однако, здесь, в моей вотчине, я тебе этак развлекаться не позволю! Но и заскучать тоже не дам. Ты вот только что спросил, чем тебе во дворце заняться? Получи, милый друг Федя, первое задание.