Конный портрет со свитой

Правда условия заключения в «Бутылке» были довольно мягкими, а отбывая наказание, матросы овладевали новой профессией и получали оклад, который копился вплоть до их освобождения. Но все равно – узилище есть узилище. Однако, в наши дни этот остров взяли в свои руки умные и добрые люди. И теперь место печали стало одним из символов Нового года. Разве это не прекрасно?

- Просто замечательно! – признала Женька. – Правду говорят, сколько бы мы не платили за свои иллюзии, мы не останемся в убытке. И все-таки, как ни хороша наступающая зима, твоя северная Птичка немного продрогла.

- Намек ясен! – кивнул Павел. – Возвращаемся на площадь к горячему кофе и сладким пряникам.

На этот раз они заказали напиток в другом павильоне. Знаменитым тем, что рядом с кофе-машиной сидела девушка, рисовавшая портреты посетителей прямо на стаканчиках, пока готовился кофе. Так что Император и Птица покинули чудесный остров, бережно неся в руках собственные изображения. На тонких картонных стенках озорно и победно улыбалась рыжеволосая женщина, а темноглазый мужчина смотрел внимательно и задумчиво, словно видел нечто, открытое только ему.

ГЛАВА 13. Мне говорят – я вор и шут. А я был – царь. А раньше – мальчик…

Всю обратную дорогу Женька норовила затащить Павла в какой-нибудь укромный уголок, нежно поцеловать, и поведать ему, что он – волшебник.

- Да будет тебе! – слабо отбивался государь, хотя по его лицу было видно, что ее неподдельный восторг ему приятен. – Я просто хорошо знаю город. И умею пользоваться интернетом.

- Ботинки – дело хорошее, но твоя сказочная Голландия – гораздо приятнее! Знаешь, в жизни надо принять два важных решения: куда идти и кого с собой взять? Мне кажется, что сегодня мы выполнили оба пункта.

- Как вариант. Но самым верным решением было твое – приехать ко мне в Гатчину.

- Тогда ты немного ошибаешься с формулировкой. Надо говорить – «приехать в Гатчину». Про тебя, моя радость, я тогда ничего не знала.

- А если бы знала, то что?

Женька улыбнулась.

- Ушла бы к тебе пешком. Возможно, что по сугробам. И даже – босиком…

- Ты, в самом деле, – сумасшедшая птица!

Тут Павел случайно поднял глаза, и обнаружил на стене гаража, возле которого они целовались, надпись, звучавшую, как приговор: «Некоторые люди не умеют сходить с ума.