Конный портрет со свитой

Возле стены, там, где раньше помещался хрупкий столик орехового дерева, стоял мольберт с готовой картиной. И на картине была изображена она, Женька! Стоящая на берегу Белого озера, и улыбающаяся задумчиво и светло. Птица ахнула растерянно и радостно и вгляделась в собственное изображение. Федор Кузьмич, действительно, был настоящим мастером! Он нисколько не приукрасил внешность Женьки, но умудрился раскрыть на полотне ее душу. Вечно юную, мятежную, упрямую и крылатую. Это отчетливо читалось в широко распахнутых зеленых глазах, твердом вскинутом подбородке, открытой улыбке, и всей ее фигурке, стоявшей неподвижно, и одновременно готовой в один миг сорваться с места, рвануться то ли кому-то на помощь, то ли навстречу собственному счастью.

Потрясенная Птица выдохнула и перевела взгляд на окружавший ее пейзаж.

И здесь художник доказал, что он может, не только фотографически точно передавать красоту осенней природы. На мгновение Женька даже заморгала и растерянно потерла глаза. Потому, что вода озера, рябина на берегу, и небо с низкими тучами были такими, как и в жизни.

Но стоило ей чуть отвести взгляд или сделать шаг в сторону от картины, как изображение словно бы менялось. И из вороха опавших листьев отчетливо высовывалась остренькая рыжая мордочка с пушистым хвостом, а серые облака прорезал взмах золотого крыла. Да и дальняя, видимая за озером часть парка, начинала казаться населенной какими-то сказочными и, конечно же, добрыми существами.

Художник успел прочесть много Женькиных историй и явно вдохновился ими.

Птица восхищенно вздохнула и улыбнулась. Удивительное радужное сияние вокруг картины создавала обычная, хоть и причудливо сложенная елочная гирлянда. Видимо, ее питал какой-то секретный аккумулятор, созданный Вальтером, поскольку электрических розеток в старинном зале, конечно же, не наблюдалось.

- Тебе понравилось? – тихо спросил Павел, возникнув у Женьки за спиной, и положив руку ей на плечо.

- Ты еще спрашиваешь! – выдохнула Птица, бросаясь ему на шею, и горячо целуя.

– Но вы с Федей – настоящие интриганы! Надо же – столько времени держали от меня втайне такое чудо!

- Наш художник оставил тебе записку - улыбнулся император. – Прочти ее сейчас.

ГЛАВА 27. Нельзя, чтоб страх повелевал уму - иначе мы отходим от свершений…

Маленькая открытка с новогодней елкой была прикреплена к краю мольберта. Женька вгляделась в мелкие, извилистые буквы. «Создание этого портрета – во многом заслуга Павла Петровича - гласил текст послания.