Воровка и заколдованный кот

Заострила внимание на голубых глазах того же оттенка, что и у Кейна, и с довольным видом проговорила:

- Ну что, Пушистик, выкладывай, кто и как сделал тебя котом? Без этой информации я никак помочь не смогу.

Он же был странно серьёзен. Непривычно собран и будто бы чем-то расстроен. Даже не язвил. И вместо того, чтобы начать рассказывать о своей несчастной доле, вдруг спросил:

- Скажи, Хелена, какое отношение ты имеешь к роду Верден?

Вопрос оказался неожиданным. Хотя я быстро поняла, откуда он мог узнать. Вчера в договоре загорелся родовой знак, и найти в справочнике тот самый род труда не составило.

Я бы тоже могла покопаться в книгах и посмотреть, к какому роду относится котик, но мне и без этого хватало дел. Зато теперь уж обязательно поинтересуюсь. Как-нибудь. На досуге.

- Это не тайна, - пожала плечами. - Но я стараюсь не афишировать свою связь с родом Верден.

Кот смотрел пристально и ждал пояснений.

- Лорд Джастин Верден – мой отец. Он признал меня несколько лет назад, но я всё равно оставила фамилию матери.

- И почему же ты живёшь здесь, а не в родовом особняке?

- Поверь, одной мне куда комфортнее, - ответила правду. - Никто не лезет со своими нравоучениями, никто не заставляет одеваться в платья. А ещё мне искренне надоели постоянные смотрины. Супруга отца задалась целью выдать меня замуж за обеспеченного мужчину и тем самым поправить бедственное положение семьи. Они разорены, и кроме моего брака им теперь надеяться не на что.

Я уже давно живу отдельно, но мне всё равно приходится раз в месяц присутствовать на ужинах с потенциальными женихами.

Не знаю, почему решила рассказать всё так подробно. Мне просто дико не нравилась подозрительность во взгляде кота.

Он же выслушал меня внимательно, но недоверие из его глаз никуда не исчезло.

- Значит, Фернанда Верден – твоя сестра? – он проговорил это странно спокойно.

Это заставило насторожиться. Хотя сам вопрос тоже стал новой галочкой в списке совпадений с Кейнаром.

- Да. По отцу, - ответила и всё же решила добавить: – Но в первую очередь она моя близкая подруга.

Вот теперь я смотрела на кота с упрёком, он на меня ‒ с осуждением, и говорить больше никто не спешил. А ведь нам обоим совершенно точно было, что сказать друг другу.

Первым тишину нарушил кот.