Семь ночей

Клара, в силу врождённой тактичности, терпела вечные придирки невесты, пыталась подстроиться, терпела и ни разу не выразила своего недовольства, в отличие от Нины. А вот я не смог смотреть на это безумие, потому что всем было ясно, как божий день, что общего языка они уже не найдут. Поэтому после очередной истерики я предложил Кларе сменить место работы, а она обрадовалась, потому что жизнь в городе для неё была сущим адом.

Скоренько купил для неё и её мужа, дяди Егора, который теперь помогал ей по хозяйству, квартирку в ближайшем к посёлку городке, определил пенсию и вручил ключи от дома, где она могла чувствовать себя спокойно.

– Утка?

– Вы же любите утку, Вадим, – Клара постояла, а потом хитро улыбнулась и шагнула ко мне, обнимая по-матерински. – Я же не знала, с кем ты будешь, а супруга твоя ест только утку, – женщина отпрянула, сверкнула острым взглядом: – А для тебя в духовке румянится картофельная запеканка.

– Спасибо, – я даже не стал парировать, что Нина только утку и умеет готовить, поэтому козыряет ей на всех праздниках, вызывая снисходительный смех друзей и родных.

– Спасибо, – женщина сдержанно улыбнулась, приняла презент, но внутрь не заглянула. Ничего не меняется… Весь её вид привычно кричал о безразличии, но завтра, накрывая завтрак, она будет улыбаться, ловя в отражении зеркал блеск новой броши. – Ваша спальня готова, ужин я могу подать хоть сейчас.

– Да, – не смог сдержать улыбки. Клара вечно прыгала, то выкая, чтобы выстроить дистанцию, а иногда расслаблялась и позволяла себе чуть больше.

Когда гостиная опустела, глубоко вдохнул. Этот дом умел дышать… Воздух здесь был кристально чистый, звенящий комфортной прохладой, высоченные потолки дарили ощущение свободы.

Сдернул галстук, пиджак, бросил их на спинку кресла. Расстегнул несколько пуговиц, закатал рукава и сел в кресло у камина, включив ноутбук, намереваясь все же отсмотреть последний проект аэровокзального комплекса.

– Я позволила себе вольность, Вадим, – Клара внесла поднос с дымящейся запеканкой и стала накрывать на стол.

– Присоединитесь?

– С удовольствием, – женщина вспыхнула, но всё столь же сдержанно отправилась на кухню, а ещё через несколько минут мы в уютной тишине ели коронное блюдо Клары Ивановны.

– Как дела?

– Быки твоего Акишева вытоптали мои гортензии, Вадим Дмитриевич.