Когда богам скучно

Обо мне, об империи, о людях. Ассандр рассказывал мне об истории Арвелии, моих предках, наших союзниках. Однажды я спросила:

-Зачем ты мне все это рассказываешь?

-Ты должна это знать, - просто ответил он.

-Для чего? – удивилась я тогда.

-Как ты поведешь империю к победе, не зная ничего о ней?

Тогда мы впервые поссорились. Я наотрез отказывалась считать себя принцессой и уж тем более будущей императрицей, а он уверял, что без меня империя будет повергнута в хаос и погибнет.

Помню, Ассандр очень сильно разозлился.

Его глаза потемнели, волосы развевались на ветру, а щеки раскраснелись.

-Плевать мне на империю, - в сердцах крикнула я в тот момент.

-Плевать?! – заорал он. – Смотри.

И Ассандр показал мне то, что давно было погребено под грудой веков. Это была война. И мы находились в центре нее. Вокруг раздавались крики воинов, скрежет металла, стоны раненных. С неба шел проливной дождь. Ноги вязли в земляной жиже, спотыкались о тела погибших. Это было страшно.

-Что это? – выдохнула я, расширившимися от ужаса глазами разглядывая все вокруг.

-Это война! – припечатал Ассандр. Он стоял в центре битвы подобно вековому нерушимому дубу. Казалось, что ничто не касается его, даже капли.

-Какая война? – не поняла я, испуганно озираясь по сторонам.

-Война, ознаменовавшая начало Арвелийской империи.

-Что? – я все еще не понимала, где нахожусь и как я там оказалось.

-Смотри, Солиаль, - Ассандр повел рукой. – Смотри! Это предки твоих подданных, твои подданные, Солиаль. Смотри! Вглядывайся в их лица, запоминай их.

-Зачем? – мне было жутко, и я уже была на грани истерики.

-Они своей кровью дали начало империи. Они положили свои жизни на то, чтобы их дети, жены, родители жили в свободе и мире, не порабощенные драконами. Они умирали за свою империю.

Воина рядом со мной насквозь пронзили мечом. Я отшатнулась, чувствуя, как ноги разъезжаются, и я падаю на колени. Слезы текли по моим щекам непрерывным потоком.

-Смотри, Солиаль!

Я не могла оторвать глаз от умирающего воина. Это был мужчина чуть за сорок, с густой бородой и широкими плечами.

Он медленно опустился на одно колено. Попытался встать. Но ему не дали. Меч провернулся у него в грудине, и кровь тонкой струйкой потекла из уголка губ. Глаза мужчины расширились от ужаса, а потом закатились и он медленно осел в грязь, по которой тут же растеклись кровавые ручейки. Они будто щупальца тянулись ко мне, а я не могла пошевелиться. Мне было страшно и жалко этого воина. Меня сотрясали рыдания.