Дело было в Городце

Так что пришлось сползать с лавки и заставлять себя идти на цыпочках, придерживаясь за стены, стараясь не наступать на полную ногу. По крыльцу спустился медленно, заодно присмотрел шест возле стены. Если такой подхватить, то, пожалуй, до маленькой постройки в дальнем конце участка он успеет дойти.

– Далеко собрался, горе луковое, – подхватила его девушка на половине пути. – Или гордый помощи попросить?

– Да я не то, чтобы, просто вот… – замялся мужчина, не зная, как объяснить проблему. При этом с удивлением отметил, что Василиса помогает ему двигаться точно туда, куда он и собирался.

– Не за что, – спокойно ответила девушка, – не провались, смотри, а то вылавливать тебя тяжеленько будет.

После чего она быстро удалилась, но он не сомневался, будет приглядывать за постройкой. Но стоит ему выйти, как тут же окажется рядом. Впрочем, было совсем не до дум, поэтому Кощей решил разобраться с насущной проблемой, а потом переходить к остальным вопросам, которых за несколько часов накопилось не мало.

Впрочем, часть обратного маршрута он проделал сам, девушка куда-то исчезла, а на помощь пришла уже травница. Женщина довела его до завалинки и оставила, удалившись в дом стряпать ужин.

Через какое-то время Василиса вышла из-за дома с котом на руках. При этом животное всем своим видом выражало счастье и довольство.

– А, ты уже тут, – заметила она мужчину. – Я Марью Данииловну предупреждала, что тебя надо будет караулить.

– Спасибо, – кивнул он. – А хозяйка говорит, что кот рук не любит.

– Ну, смотря чьих рук, – пожала плечами девушка. – Если у тебя в колтунах колючки застрянут, что не вытащить, а потом кто-то добрый заметит да поможет, к нему и не так ластиться будешь. Вот где их Яшенька собрал, не понятно, – кот, услышав свое имя, чуть приоткрыл глаза, но понял, что угощать не будут, после чего лишь боднул девушку, намекая, что всей порции любви и ласки еще не получил, и дальше обвис на руках. – А Марья Данииловна не присматривалась, потому что кот в руки не давался.

Валенок, лежал на руках девушки и мурлыкал песню, а она осторожно почесывала его, попутно выбирая из шерсти репейник, иголки и прочий мусор.

– Василиса, ты уж прости, я не хотел тебя обидеть.

– А я не обижаюсь, – улыбнулась девушка, садясь рядом, – все на патриархальный менталитет списываю.