Мой любимый киборг

— Не понимаешь? На тебя совершили покушение! Никто не вправе поднимать оружие на правящую семью до особого распоряжения сената. Либо стражи, что пришли за тобой, предатели, либо…

— Сенат уже отдал им приказ, — понимающе хмыкнул я. — Тот, кто не желает, чтобы кандидатов в императоры было больше одного? Дядя Гелих? Кузен Джерог?

— Кандидат не должен входить в совет, — покачал головой Ксан.

— Я не вхожу, — нахмурился я. — Этого достаточно. Так что, ты готов рискнуть ради места командора подле меня?

— Хратс, Эсфир, — замялся Ксан.

— Не ты один, — холодно напомнил я. — Мне тоже придётся рискнуть и предоставить свою ауру. Иначе она не доберётся до тебя.

— Я не вправе подвергать опасности члена императорской семьи, — упрямо сопротивлялся он. — Ты не забыл ещё присягу? Какой из меня командор, если я пойду на это?!

— А ты вспомни приказ сената, — горько усмехнулся я. — Убить при обнаружении. Ты меня обнаружил. Если я погибну, тебя никто не осудит.

— А что, если ты ошибаешься? — настаивал Ксан. — Светящиеся глаза ещё не признак аврена. У неё может быть врождённая аномалия или дар предвидения. К тому же, ты сам сказал, тебе могло померещиться от лекарства.

— Она умна, Ксан, — хмыкнул я. — Ребёнок пяти лет с лёгкостью щёлкает задачки второго курса академии.

— Вундеркинд, — пожал плечами он. — Ты тоже из таких.

— Я больше, чем вундеркинд, и ты знаешь об этом, — тихо напомнил я. — Носителям гена авренов открывается больше, чем обычным людям.

— Да лучше бы не знал, — недовольно проворчал Ксан. — Из–за этого я тебя даже ненавидеть не могу, а должен бы. За всё, что ты со мной сделал.

Я поджал губы, не в силах затрагивать нашу болезненную ссору, и перевёл тему:

— Девочка придумала, как синхронизировать дар аврена с аурой человека без гибели последнего. Лучше всего, чтобы носитель обладал каким–то даром, ведь такие существа сильнее других и выносливее. Поэтому…

— Тебе нужен я, — мрачно закончил Ксан.

Он дёрнул воротник, будто ему стало трудно дышать. Я понимал чувства друга, ведь он не только предоставлял своё тело и ставил на кон карьеру, но и подвергал разум и свой уникальный дар возможным последствиям.

— Только вот мой дар тоже, знаешь ли, не безопасен. А что, если вы пострадаете? Ведь я не смогу контролировать его, когда буду в отключке.

— Я сделаю всё, чтобы этого не случилось, — пообещал я.