Повелевать богами

– Раньше думать надо было, – словно припечатывает отец. – Твоя мать мне девственницей досталась, и голову на отсечение дам, что никогда мне не изменяла. И за что мне такой позор? Когда про Кхёрна говорили, я не верил. Потом этот Винд-Арконте, ну да ладно, парень неплохой вроде, но это уже перебор, дочка. Артон тоже хорош, но ему хотя бы совести хватило вину свою признать и, как и подобает, попросить твоей руки. Пусть так и будет. Надеюсь, его тебе хватит, чтобы не позорила семью.

Перевожу взгляд на отводящего глаза котяру, и в душу закрадываются сомнения.

Тут же в голове, словно запись с диктофона звучат отцовские слова: «И я понимаю ещё он! Он же с той вашей встречи, когда ты со змеёй на шее заявилась, тобой бредил и по сию пору из головы не выбросил, но ты-то!» А я-то удивилась, что это Артон вдруг такой покладистый стал? Хоть явно и волновался, но к отцу помчал едва ли не галопом. Это ж выходит он изначально направился не за Элифана просить, а о нашем благословении под шумок!

– Ну ты гад… – прожигая в глазах горе-женишка дырку взглядом, тихо так, но многообещающе рычу.

Тот встрепенулся, побледнел.

– Нет, нет! Стой! Только не в змею. Другого способа не было. Он никого не слышал. Убил бы. Как есть убил! А ты ж сама просила – любыми способами спасти…

– То-то, смотрю, ты самоотверженно постарался в женишки набиться.

– Какие ещё женишки?! – раздался грозный рык отца за Артоновской спиной. – Ну-ка руку покажи!

В непонимании смотрю на наконец-то скатившегося с меня мужчину, потом на отца, а тот на мою правую руку.

Перевожу взгляд и…

– Мать же вашу! – только и смогла произнести, уставившись на довольно массивное обручальное кольцо на своём пальце. Дёрнула в попытке снять. Какое там! – И что ж у вас всех обряды-то такие быстрые, а? Ну нет чтоб как у нормальных эльфов потянуть годков та-а-ак…

Молчат. А я… я понимаю, что все мои мечты накрылись медным тазом. И зверею. Подскакиваю. Перекатываюсь по кровати, оказываясь в позе наездницы на новоиспечённом муженьке.

Тот лишь удивлённо бровь успевает приподнять, а со спины доносится напутственное:

– Совет вам да любовь, голубки.

Затем рёв портала. И я буквально кожей ощущаю, что мы остались наедине. Ну что ж, это и к лучшему. Накланяюсь к потерявшему от удивления дар речи муженьку и тихо шепчу на ушко:

– А теперь, милый, на плато демонов. Не рыпайся! – пихнув обратно на кровать начавшего было приподниматься мужчину, рычу я.