Цвет крыльев. Белый

К счастью, мать отстала – она была не слишком навязчива, а скорее слишком ненавязчива для родителя. Эйприл бы следила за своими детьми куда более тщательно…

Детьми. Что за глупые мысли?

За окном стемнело, а девушка так и продолжала лежать, не шевелясь, пытаясь свыкнуться с мыслью о своем новом положении.

Наконец, оконная рама скрипнула – пришел Крис. Он всегда предпочитал пробираться именно так, минуя дверь. И хотя Эйприл поражала его ловкость, но время от времени она ворчала, что однажды он сломает себе шею. Крис на это лишь усмехался и целовал ее.

– Эйприл, где тебя носило? – проговорил Таннер, оказавшись в комнате. – Я звонил, хотел предложить прогуляться. Или ты снова надумала себе причину на меня обидеться?

Девушка не ответила, и Крис, почуяв что-то неладное, подошел ближе, опустился рядом с кроватью и спросил:

– Ты заболела?

– Можно сказать и так, – мрачно усмехнулась Эйприл, собираясь с силами.

Им предстоял долгий разговор.

– Говори прямо, – нахмурился Крис.

Остатками ангельской сути он еще улавливал странную озабоченность и решительность девушки, и ему это совсем не нравилось.

Только бы она не решила уйти от него навсегда – этого он не вынесет. Всего один вечер без ее поцелуев, а он уже захлебывается мраком, заведенный, точно натянутая тетива лука.

– Хочешь прямо? Хорошо. Я беременна! – выпалила Эйприл, сжав в кулак всю свою волю.

Эти слова и впрямь дались ей нелегко. Сейчас, после того, как девушка сказала все вслух, проблема обрела весомость, став реальной. Словно последний шаг был сделан, и призрачная свобода выбора рассеялась окончательно.

– Это не от меня, – скривился Крис.

Душу затопил гнев. Не столько из-за предательства Эйприл, сколько из-за ревнивого чувства собственности. Хотелось оттолкнуть эту маленькую врушку, или ударить ее, но вот парадокс – единственной вещью, способной успокоить эту клокочущую ярость, был поцелуй с ней.

Впрочем, Эйприл тоже злилась.

– Не смей говорить так! – вскинулась она, зарядив Крису пощечину. – Не смей говорить так, самовлюбленный мудак.

Девушка снова занесла руку, но Таннер успел перехватить ее запястье. Щека горела, но этот огонь мерк на фоне его гнева.

– Кто он? – обманчиво спокойным голосом спросил Крис.

– Ты! – закричала Эйприл, сдаваясь на волю бессилию.

Руки ее опустились, из глаз брызнули слезы. Будто не хватало ей внеплановой беременности сразу по достижению совершеннолетия, так еще и папаша. Во рту было горько и больше всего ей хотелось выставить Криса прочь.