Правила первокурсницы

– Что сказать? – Я посмотрела на идущую рядом подругу. – Что вряд ли известия нас обгонят? Ты же понимаешь, что ничего мы не узнаем, пока нам не сообщат.

Мы подошли к учебному залу как раз в тот момент, когда дверь открылась и в коридор вышел магистр Виттерн. Учитель скользнул по мне взглядом, как по пустому месту, сдержанно кивнул Гэли и зашагал по коридору.

– Вы опаздываете, леди, – раздался скрипучий голос магистра Дронне, и мы поспешили на занятие.

– Итак, повторим, какие созвездия можно наблюдать осенью…

Мы сели, и учитель начал монотонно перечислять созвездия, словно счетовод суммы доходов и расходов.

У них куда лучше получалось делать вид, что ничего не произошло. Весь Остров делал вид, что ничего не случилось. Тиэрский барон оставил Академикум, и какие бы пророчества не намеревались сбыться, это была уже не их проблема.

Академикум взял курс на столицу, и все выдохнули с облегчением, в коридорах снова зазвучал смех, ученики снова стали опаздывать на занятия и ронять магические заряды. И лишь недостроенная виселица да разрушенная библиотечная башня напоминали о произошедшем.

– Все знают, что если красная Иро закроет созвездие быка, то это означает великие бедствия или великие свершения… – продолжал бормотать магистр, не глядя на учеников.

– Куда уж без великих бедствий, – проговорила Тара, а Алисия хихикнула.

Я повернула голову и встретилась глазами с Мэрдоком. Сокурсник некоторое время разглядывал меня, а потом вдруг улыбнулся. Нет, не так. Любой другой человек, не знавший Хоторна, как знали его мы, не назвал бы это улыбкой, но я видела, как чуть приподнялись уголки губ на его обычно невозмутимом лице.

– А что означает парад лун? – перебил магистра Коррин.

– Простите? – Мистер Дронне поднял голову.

– Парад лун, который скоро случится, – повторил сокурсник. – Что он предвещает? Вы же сами учили, что каждое небесное тело имеет свое значение в зависимости от положения, времени года, часа наблюдения и настроения звездочета.

Магистр снял очки и снова посмотрел на ученика, при этом вид у него был такой, словно он в первый раз нас всех видит и искренне не понимает, откуда мы все здесь взялись.