Жизнь и смерть наместника Ритхана

* * *

К ужину он избавился от парадного мундира и блестящего золота, переодевшись в гражданский темно-серый камзол, все равно сидевший на нем по-военному. Строго, даже грубовато, пожалуй. Застегнутый наглухо… И стал выглядеть старше.

А Борген предпочитал кружевные манжеты и шелковые банты. Борген, пожалуй, был даже милым человеком, мягким, надеялся что-то изменить. Тайре его немного жаль. Кто знает, у Боргена могло бы даже получиться…

А этот…

– Господин Эйден, – Тайра поднялась, отложила яблоко, только что разрезанное пополам.

– Садитесь, – разрешил он, словно ей нужно было его разрешение.

– Благодарю, – она улыбнулась.

И эта улыбка не ускользнула от него.

– Вы чувствуете себя здесь как дома?

– Это и есть мой дом, – пожала плечами она.

– Вы из семьи Маэйра.

Отчасти. Но ему, вероятно, не стоит знать. Хотя это не было похоже на вопрос.

– Нет, – сказала Тайра.

Эйден кивнул, прежде чем сесть, взял графинчик, налил в два бокала вино, но пить сразу не стал. Взял пирожок из миски.

– И собираетесь пережить еще, как минимум, десяток? – спросил с легкой иронией, но без злобы. Скорее усталость в голосе.

– Возможно, – сказала Тайра.

Он откусил пирожок. Голодный, между прочим. Старается жевать аккуратно и не спеша, но то, что голодный – видно все равно.

Он чуть откинулся на спинку стула.

– Что ж… Меня послали сюда, в том числе, расследовать обстоятельства смерти Ноэля Боргена. А так же его предшественников.

Тайра взяла бокал, отпила немного вина. Это местное вино – легкое и терпкое, наполненное солнцем и ароматом луговых трав.

– Ноэля Боргена, как и его предшественников, убило проклятье хойне, живших здесь.

– Торжество справедливости? – сказал наместник, тоже взял бокал, осторожно понюхал.

– Это хорошее вино, – сказала Тайра, глядя на него. – Оно не отравлено, не бойтесь.

– Хорошее? – наместник покрутил бокал в руке. – Может быть. Я просто никогда не понимал этого. По мне, так самое правильное – это дешевое крепкое пойло, вроде форского рома, быстрее можно напиться.