Странная история переселившейся души

«Нормальные бутылки!» - возмутилось подсознание голосом химеры. – «Пей, потом вылечу голову с похмелья», - вежливо разрешили.

Вторая бутылка пошла на голодный желудок настолько же замечательно, прежде чем наступила темнота.

- Ваше сиятельство! Он снова выжил! – как-то суетливо кинулся в ноги своего господина его верный раб.

Это был уже третий раз, когда он провалил задание, но ведь и мишень была знатная – сам легендарный истребитель всяких тварей Эртен Форзи. Только мерцающими яростными звездами глаза господина не предвещали ничего хорошего.

Тракс был всего лишь раб с рождения. Раб своего господина, имени которого он не знал. Да и никто не знал. За свои почти сорок лет, он помнил хозяина в черном балахоне и глубоком капюшоне, скрывающем его лицо. Возможно, что его и видели все, но не имели понятия о том, кто это на самом деле.

Траксу всегда интересно было, как на самом деле выглядит его господин? Замок его вздымался из-за высокой крепостной стены, по которой могли пройти два три человека и не задеть друг друга, а в высоких бойницах стояли лучники и арбалетчики.

Вокруг густые леса, кто знает, кого принесет нелегкая?

Иногда возле них проходил немолодой управляющий, внимательно всматриваясь в дали с любой из сторон. На него никто не обращал внимания, здороваясь с ним, опасаясь его хмурого ледяного взгляда. Куда исчезает сам господин и почему в комнате управляющего иногда найти невозможно, оставалось неразгаданной загадкой для раба.

Остальные не заморачивались таким вопросом.

Ну, ходит управляющий, такая его работа, пусть ходит, кому он мешает. А вот служанки старались не попадаться ему на глаза, столько злости в них было, сто кровь стыла в жилах, а некоторые особенно впечатлительные падали в обморок.

Тракс внимательно наблюдал за всем происходящим в замке своего господина, хотя мерзкий раб не удостаивался вниманием даже последней служанки. Его мать ушла к богам, когда ему исполнилось двадцать один год. Господин так и не выпустил ее из подземелья, где она содержалась за нападение на него.

Он сказал, что ее жизнь – это его прощение женщине, которую он однажды купил на невольничьем рынке в одной из южных стран. Там не считалось зазорным продавать себе подобных.

Зарисса в то время была слишком хороша и юна. Черные длинные волосы змеями струились вниз по ее телу, а на самом теле кроме прозрачной рыжеватой накидки не наблюдалось. Зарисса не опуская гордого взгляда, всматривалась в глаза каждому покупателю.