Королева моего сердца

Она, не стесняясь, взяла ложку в руку и под удивлённый взгляд мужчины быстро проглотила завтрак.

– Как вкусно, спасибо, Линочка. А кто под потолком разговаривал? – хозяйка, не предлагая вкусно пахнущих ягод привередливому мужчине, пододвинула к себе тарелку.

Тот принюхался и запустил руку в тарелку, захватив своей «лопатой» больше половины ягод.

– Это дух дома разговаривал, – помялась Землянуха, но затем ответила: – Ты, наверно, заметила и занавески, и целую простынь, и даже новую подушку.

– Но откуда ему знать слова, которые вряд ли используются в вашем мире?

– Дух дома принял тебя, как хозяйку, и сейчас питается твоими эмоциями. Можно сказать, что он – частичка тебя. Это очень сложно объяснить.

– Вампира на мою голову не хватало, – тихо под нос пробурчала девушка.

Наверху раздался странный звук, похожий на обиженный хрюк, и на Машины колени, больно ударив, упала деревянная расчёска для волос.

– Ты ошибаешься, он не тянет из тебя эмоции и память, а купается в них, – пояснила Лина.

Маша вздохнула, подняла расчёску, пробубнив слова благодарности, и предложила для начала выбрать хоть какое–то имя для незнакомца. Тот, набивая рот ягодами, кивнул, соглашаясь с предложением.

Всё, что не предлагали духи, мужчина, морщась, отвергал, сообщая, что его точно не так зовут.

– Всё! Я устала, как ты можешь утверждать, что тебя зовут по–другому, если ничего не помнишь? Или говори первое попавшееся имя, или я сама выберу! – Маша сложила руки в умоляющем жесте.

– Хорошо, женщина, я тебе уступлю. Можешь звать меня господин Джейкоб.

– Уфф, наконец, определились. Значит, Джей! – укоротила имя девушка, проигнорировав обращение господин.

– Эй! Новая травница, выходи! Срочный сбор на деревенской площади. Прибыли королевские войска, ищут беглых преступников.

– Вот ты и попала, Мария Константиновна Королёва, – прошептала Маша и посмотрела на замерших духов.

Глава 9. Воспоминания принца

Раздосадованный Гилберт не находил себе места. Наказывая вчера плетью воинов своей армии, он пытался успокоить боль, поселившуюся в душе от потери любимой женщины.