Избранная

В нем есть что-то особенное - то, что заставляет твои нервы расслабляться и всем переживаниям улетучиваться.

- Отец душу продаст, лишь бы заполучить чешую золотого дракона, - ответил он.

Я непонимающе на него посмотрела.

- Эта чешуя – волшебная, - пояснил Эйден. - Она является оберегом от любых магических чар. Если мы предложим ему этот дар за расторжение свадьбы Торы, он без промедлений согласится. Но чтобы заполучить эту чешую надо сперва…

-… оседлать дракона, - закончила я за него.

- Именно, - Эйден аккуратно сжал мои плечи.

Я переваривала его слова, но не могла понять, почему он сам не может этого сделать?

- Но ты тоже Избранный, Эйден, - я замолчала, надеясь, что он понял скрытый смысл моих слов. Он лишь легонько улыбнулся.

- Да, но дракон не позволит мне приручить себя. Ему нужен тот, кто разделяет его стихию. Тот, кто, как и он, способен взмывать вверх к небесам.

Теперь все стало кристально ясно. Вот почему это может сделать лишь представитель клана крылофилов, и почему именно наш народ много лет назад был всадниками этих могучих существ.

- Но откуда ваш отец знает про дракона? – не унималась я.

Эйден отошёл от меня и, смотря в окно, задумчиво ответил:

- Арзас сам видел его там, в небе, пару дней назад. Мы все думали, что последний дракон погиб во время Огненной войны, но, как оказалось, это не совсем так. Видимо, один экземпляр выжил.

- Я бы и сам не прочь был его увидеть.

- Думаю Тристан в этом с тобой не согласится, - ехидно усмехнулась я его словам. Тот одарил меня непонимающим взглядом.

- А, не важно, - махнула я рукой. – Пусть он сам тебе все расскажет, если захочет, но в любом случае… - я вздохнула, - все дороги ведут к одному.

Эйден молчал, ожидая продолжения, но так как я ничего не говорила, он осторожно задал интересующий его вопрос:

- К чему, Аннет?

В этот момент я потеряла над собой контроль.

- Да к тому, что именно мне нужно будет приручить это чудище! Легенды не избежать! - я начала судорожно ходить по комнате и орать. - Эти крылья для меня – одно наказание! С момента моего посвящения все идёт в тар-тарары! – я совсем не стеснялась, что мою гневную речь выслушивает именно Эйден.