Ты богиня, детка! или На Олимп по обмену

Дернула раз, другой… О, нет! Вот же невезение! Застряло… А ведь собиралась избавиться от платья красиво.

– Давай помогу. – Кей подошел ко мне сзади и ловко разъединил застрявшие зубчики.

Теперь платье само соскользнуло вниз, открывая взору Кея мое нижнее белье.

– Пожалуй, стоит тебе и дальше помочь…– шепнул он мне на ухо, и я вся вмиг покрылась мурашками.

– Не откажусь от помощи, – едва слышно выдохнула я.

Быстрое движение пальцев меж лопаток – и мой бюстгальтер падает рядом с платьем. Дышать ровно стало еще тяжелее, а во рту пересохло.

– Еще туфли…– Кей легонько подтолкнул меня к кровати, заставляя сесть, и сам опустился передо мной на колени. – Ты же не будешь в них спать?

Он снимал туфли медленно, иногда, будто случайно, задевая кожу на лодыжках. Не думала, что такое простое действие может вызывать столь волнующие ощущения.

– Осталось немного, – он мягким, но настойчивым движением заставил меня откинуться на спину, а сам все так же не спеша снял с меня единственный оставшийся предмет одежды – кружевные стринги.

Теперь я была полностью обнажена, но не испытывала при этом никого смущения, свойственного мне раньше. Кей, тоже избавившись от остатков одежды, лег рядом, но не торопился переходить к ласкам. Его пальцы медленно двигались вдоль моего тела, едва дотрагиваясь до кожи, и это было настоящей пыткой. Иногда Кей будто дразнил меня, делая вид, что собирается поцеловать, но вместо губ я ощущала лишь его дыхание. Он не мог не видеть, как часто вздымается моя грудь, как вздрагиваю при каждом случайном прикосновении, как, с трудом сдерживаясь, украдкой комкаю ткань покрывала, но продолжал испытывать и терзать меня.

– Ты издеваешься надо мной? – хрипло спросила я, когда его губы очередной раз замерли рядом с моими.

– Почти, – он усмехнулся прямо мне в губы. – Это моя маленькая месть тебе. За все те дни, когда мне приходилось делить тебя с твоими учебниками.

– И все-таки я не была столь жестока, – я тоже усмехнулась.

– Прощу…

И в следующий миг губы Кея уже сминали мои, а руки беззастенчиво блуждали по телу, заставляя выгибаться им навстречу и отвечать с не меньшей пылкостью и безрассудностью. Я не узнавала себя, но при этом понимала – только так правильно, только так и должно быть. Отдавала себя Кею без остатка, и сходила с ума от счастья, когда ловила в его взгляде отражение своих чувств и желаний.