Тайна острова Незабудка. Возвращение домой

— Спасибо, вкусно, — сделала небольшой глоток Сэнта, наслаждаясь вкусом и ароматом. — Откуда такие вкусняшки?

— С моих покоев. Мне каждое утро приносят, — пояснил он и, заметив недовольный взгляд на утварь, пояснил: — Эти все чашки мне, радость моя, — рассмеялся волшебник. — Утром я просматриваю документы, хожу по комнате туда-сюда, думаю и оставляю чашки в разных местах. И чтобы мне их не искать и спокойно продолжать трапезу, их так много. Мне легче прийти в гостиную и налить новую, чем вспомнить, куда я поставил.

Сэнта встала, подошла к периллам. На полянке носилось нечто в когда-то зеленой мантии, сейчас грязно болотного цвета, с длинным колпаком на голове.

— Ааа, этот наш лекарь, профессор Алмазов, — пояснила она, поморщившись. Этот экземпляр ей навязали в Совете, а избавиться от него ей пока не удалось.

— О, сын того Алмазова, — поразился Мальтус.

— Да нет, сам кандидат медицинских наук, ученый, изобретатель, профессор Алмазов в простонародье профессор Подорожник воплоти, — скептически пояснила она.

— Да неужели? Я думал светила медицины на покой давно ушел, — удивился он. — Так это здорово, самый великий лекарь у вас. Я учился у его ученика, умнейший врач и целитель. Для меня большая честь пообщаться с гением профессором самим Алмазовым, — восхищенно сообщил волшебник.

— Думаю, ты будешь разочарован. У профессора давно поехала крыша. Он зациклился на целебных свойствах подорожника.

— Подорожник лекарственное растение. Последние его труды были посвящены его целебным свойствам, — не понял он всю трагедию.

— Мальтус, он все лечит этим подорожником. Понимаешь, все? Для него не осталось других лекарств и методов лечения, — волшебница повернулась к королю лицом. — Он даже отрицает магическое воздействие. Остался только подорожник: настои, отвары, присыпки, примочки из корня, листьев, стеблей, цветов. Полный ку-ку.

Они помолчали, каждый думал о своем. Женщина подошла к мужчине. Он взял ее за руки.

— О чем ты думаешь? — тихо спросила она, глядя ему в глаза.

— О многом, — загадочно улыбнулся он. — Меня мучает вопрос, почему с Эдуардой связались великие деревья? Понимаешь, дорогая, это необычная древесина, они связаны с островом и с королевским родом.

— Артефакт?

— Нет, не артефакт. Что-то более уникальное, живое, я бы сказал, разумное, имеющее некоторые свойства артефакта. Одно дело, если бы деревья ее от чего-то защитили, это их предназначение, а здесь контакт.