Предназначенная для двоих

Вот так запросто Стивник и решил от меня избавиться посредством чужих рук…

В темнице было холодно и сыро. Единственный факел полыхал вдали длинного сводчатого коридора, по обе стороны которого находились другие камеры с бедолагами вроде меня. Ноги колола влажная солома, и пахло соответственно, кисляком и плесенью. Время от времени раздавались тонкие попискивания и шорохи – крысы наверняка давно облюбовали это «уютное» местечко.

Я приложилась лбом к холодному камню стены и прикрыла глаза. Что ж? Завтра в полдень меня не станет.

Я так и не отыскала отца, зато, похоже, узнала кое-что о своих настоящих родителя. А принц, всё это время пудривший мне мозги, решил, наконец, избавиться от опасной вторженки. Макс же, преспокойненько учит «Презент Континиус» в Англии. Расти уверен, что я благополучно вернулась домой. Так что помощи мне ждать абсолютно неоткуда.

За такими безрадостными мыслями, я и не заметила, как задремала.

- Лив… Ли-и-ив! – кто-то очень тихо звал меня по имени сквозь дрему.

Чьи-то руки осторожно потрясли меня за плечо.

- Лив, Господи, неужели я тебя нашел!

Я резко открыла глаза, но тут же зажмурилась вновь: сон, я до сих пор продолжаю смотреть странное сновидение с Максом в главной роли.

- ЛИВ! – сновидение позвало меня настойчивее и заключило в горячие объятия, - если бы ты только знала, как долго я к тебе шел!

«Это точно» - подумалось мне, и тут мой сон впился в меня губами. Не осторожно коснулся, не нежно дотронулся, а именно впился, как вампир в свою жертву, подчиняя, доминируя, исследуя наглым языком не готовую к такому повороту бедную сновидящую.

Самое плохое, что и во сне я была связана, так что пошевелиться под бешеным натиском морока Макса я тоже не могла, а сон тем временем, становился всё реальнее и всё ощутимее сжимал меня в жарких объятиях, словно хотел вдавить в себя и выбить все силы этим бесстыдным болезненным поцелуем.

- Макс! – сквозь бешено стучащую кровь в висках от поцелуя, услышала я не громкий знакомый голос.

– Макс, поторапливайтесь!

И тут до меня отчетливо дошло: никакой это не сон, а Макс Платов, самый настоящий, из мышц и костей навалился на меня всем своим весом и нагло терзает мои губы, не забыв зафиксировать жертву руками.

- Отпусти, больно! – сдавленно просипела я, едва его губы ослабили хватку.

И была тут же отпущена, а Макс смотрел на меня горящими, совершенно безумными глазами.