Сокровенно

И с того дня жертва перестала быть собой. Полностью порабощённая и сердцем, и телом, и разумом, она стала тенью вампира. Но Стэнли уже наигрался, поэтому сегодня он возьмёт себе новую куклу, а старую ждёт страшная участь.

Как и Линду…

Воспоминание о сестре придало мне сил и уверенности, и я поднялась. Игнорируя возмущение мужчины, который угостил меня чем-то, я двинулась следом за покидающей бар компанией. Обреченное выражение на лице Мэдлин и перепуганная мордашка другой девушки до сих пор стояли у меня перед глазами.

Удалось перехватить жертву перед тем, как несчастная вышла в ночь.

— Хочешь освободиться? — шепнула ей.

— Это невозможно. — Она показала мне браслет и жалобно всхлипнула.

Я лишь усмехнулась и одним движением переместила украшение на свою руку — трюк, за который пришлось заплатить неделей под капельницами. Но я выжила, чтобы спасать таких вот доверчивых дурочек от судьбы моей бедной сестры. И наказывать подонков, ломающих чужие жизни так легко, будто это шоколад.

— Беги, — подтолкнула её, и девушка бросилась прочь со всех ног.

Она бы не ушла от вампиров, но браслет был на мне, и никто из тварей даже не обернулся в уверенности, что жертва следует на заклание как смиренная овечка. Мои губы тронула хищная усмешка, когда я вынула кинжалы. Ещё посмотрим, кто из нас опустится на колени!

Стэнли обернулся и, заметив подмену, воскликнул:

— Вот это да! Я хотел поиметь кошечку, а попалась тигрица. Что же, я рад подобному подарку судьбы.

— Смотри, не задохнись от счастья, — встала я в стойку.

— Давай посмотрим на твои буфера, детка, — протянул он руку. Браслет завибрировал, принуждая меня делать то, чего не хочу. По телу разлилась неприятная щекотка, сердца будто коснулись ледяные пальцы смерти, когда вампир приказал: — Раздевайся!

Глава 3

Адриан

Заметив на руке нисси тонкий светящийся браслет, я сжал рукоять кинжала.

— Уходи, Ларри, — посоветовал другу. — Прямо сейчас.

— Но…

— Тебе не стоит видеть, что сейчас будет, — беззвучно шепнул я, делая шаг.

Полицейский растворился в темноте ночи, и я выдохнул с облегчением. Сомневаюсь, что Росси отвернулся бы от меня, а вот пострадать сам вполне мог бы. Не от дружков Стэнли, так от меня. Ведь моё самообладание, которому завидовали все князи клана, уже крошилось, будто известняк под обитой железом подошвой.