Пелагея и принц осени

Перед началом съёмок каждому измерили температуру, провели нехитрые противовирусные процедуры вроде той же обработки рук, а потом заставили прославленных звёзд рыбачить в ледяной воде, выдав им наживки, ловушки и непромокаемые сапоги с комбинезонами.

И Кю, конечно же, простудился.

На следующий день он пришёл на репетицию с соплями и кашлем. Само собой, в одноразовой маске и весь дезинфицированный. Однако мемберов это не успокоило.

– Если у тебя киллер-вирус, – пригрозил ему Хёк, – ты труп. Припёрся тут нас заражать.

Вали в общагу, запрись в своей комнате и вызывай врача, умник.

Ши покачал головой.

– Это организаторы выездного шоу умники. Я слышал вчера: отправили его в холодную воду ловушки для рыб устанавливать, совсем крышей поехали. По башке бы им настучать.

– Ради зрителя они ещё и не на такие извращения горазды, – повздыхал лидер. – Иди, Кю, домой. Подлечись. Думаю, это никакой не киллер-вирус, а рядовая инфекция.

Рядовая – не рядовая, да только слёг Кю в тот же вечер с высокой температурой, лихорадкой и прочими неутешительными симптомами.

Медики вошли к нему в полном обмундировании – в белых антизаразных скафандрах, в перчатках и обуви специального назначения.

– У вас киллер-вирус, – постановили они. – Лекарств от него нет, лечитесь традиционным способом. Горячее питьё, жаропонижающие, проветривания. Если станет трудно дышать, звоните, переведём на аппарат искусственной вентиляции лёгких. Правда, больницы сейчас забиты, мест почти не осталось.

Придётся вентилировать на дому. Что ж, прощайте. Вот вам рецептик, попросите кого-нибудь купить в аптеке эти таблетки. Хотя они вряд ли помогут. И да, вы теперь на карантине. Общение с соседями строго запрещено.

Медики ушли, и Кю, у которого болело всё, включая голову, измученно смежил веки. Одни ограничения – и ничего путного. Где же ты, Пелагея? Ах, да. Надо проветривать.

Он с горем пополам доковылял от постели до окна и распахнул форточку. В помещение ворвался свежий ветер.

Кю улёгся обратно, выпил жаропонижающего и спустя десять минут почувствовал некоторое облегчение.

Где-то в это же время на подоконник присела горлица.

– Ты как? – проговорила она человечьим голосом.

– Хуже некуда, – пожаловался тот.

Если бы не знал, что Пелагея превращается во всяких зверушек, решил бы, что у него последняя стадия с предсмертными галлюцинациями.

– Они сказали, могут начаться проблемы с дыханием. Я могу скончаться от удушья.