Пелагея и принц осени

– Верно, это была случайность, – сказала она и поднялась с песка, чтобы встать напротив мужа и заглянуть в его очи ясные.

Впрочем, о ясности говорить не приходилось. В глазах эльфа бушевали ураганы.

«Ну, началось», – с преступным предвкушением подумала Юлиана.

Однако Ли Тэ Ри усилием воли укротил ураганы и вмиг сделался добрым и безмятежным.

– Съёмки сегодня перенесли на предрассветный час, поэтому я немного вампир, – объяснил он. – Мне придётся вернуться к работе… Но что на вас на всех надето? Вы же так простудитесь! А яхта где?

– Долго объяснять, – сказала Пелагея.

– Я наколдую для вас тёплый кокон, – нашёлся эльф. – Но имейте в виду: он рассыплется, как только вы дойдёте до общежития.

Первой он укутал любимую жену, затем тепло перепало Юлиане. А Кю, которого в глубине души Ли Тэ Ри уже возненавидел, мог бы и вовсе остаться без кокона, да только человеколюбие в итоге перевесило, и парню тоже досталась защитная оболочка. Правда, самая тонкая.

А дальше их пути разошлись: эльф размашистым шагом двинулся через пляж обратно на съёмочную площадку, а Юлиана, Кю и Пелагея поспешили в общежитие.

На девятом этаже их встретили пустота и тишина. В комнатах было прибрано, участников группы нигде не видать. Скорее всего, директор оповестил их об отпуске, поэтому раньше срока Кю и Пелагею они не ждали. Ни свет ни заря умотали на тренировку.

– Дайте мне нормальную одежду, и я пойду, – сказала Юлиана.

Кекса с Пирогом за порог общежития не пустили, и она волновалась, как бы её псы в отместку не натворили на крыльце грязных делишек.

Переодевшись в домашний флисовый костюм филантропа Ши (всё равно бы отдал, если бы попросила), она собралась отчаливать к себе в гостиницу и напоследок объявила, что намерена вернуть яхту, чего бы ей это ни стоило.

Кю с Пелагеей остались одни.

– Твой муж был недоволен? – спросил он, подсаживаясь к ней на диван.

– Что ты! Тебе показалось.

– Ты не замёрзла в его коконе?

– Нет.

– А я вот чуть не окоченел. Даже стал подумывать, что он наврал, будто умеет колдовать.

– Да не может такого быть, – пробормотала Пелагея.

– Посчитал меня соперником, – словно бы торжествуя, гнул свою линию Кю.

– Глупости какие.

Она комкала в руках бумажную салфетку, прихваченную со стола, и с содроганием прислушивалась к своим мыслям.

А если не глупости, думалось ей. Что если эльф действительно приревновал – её к человеку.