Пелагея и принц осени

«Ох, – мысленно осекалась она. – Почему я сравниваю?»

Глава 22. Ты научил меня осени

Теперь, если присмотреться, в нём и правда прослеживалось что-то осеннее, уютное и немного опасное – как волшебный ветер, который гонит по дороге разноцветье опавшей листвы. Как обманчивый ветер, на котором легко простыть.

И стилисты, и пиар-менеджер успешно разгадали этот ребус по имени Кю, когда нарекли его принцем осени и заставили носить длинные свитера, вязаные кардиганы и (если есть риск превратиться по жаре в запечённого принца) безразмерные рубашки навыпуск.

Над монастырём плыл зной, но Пелагее рядом с Кю почему-то хотелось укутаться… Сначала в его сладкие песни, а потом в него самого. Странное чувство. Жгучее. Неправильное.

Его взгляд всё чаще брал за душу, однако не потому, что Кю изменился. Изменилась Пелагея. Неверная жена, предательница. Променять эльфа на человека!

Впрочем, рано было говорить о предательстве. Она ещё не совершила ничего, достойного осуждения.

Отведав монастырской пищи, они дождались, пока господин Сарам расплатится, и решили спускаться. Утренняя прохлада рассеялась, и зной нарастал. Влажность стояла повышенная, из-за чего было трудно дышать. Укрыться бы в тени… Но нет, у господина Сарама другие планы.

Он потратил на завтрак порядка семидесяти салтангов – немыслимую сумму для такого скряги, и теперь жаждал компенсации. Какого-нибудь зрелища, которое гарантированно заставит зрителей прирасти к экранам своих телевизоров, компьютеров и мобильных устройств.

– Ну и что у вас там дальше по расписанию, великий экскурсовод Кю? – поинтересовался он, жадно потирая ладони.

– Можно пойти в музей эпохи первопроходцев, – откликнулся тот. – Или к морю, покататься на катерах.

– К морю, мой друг! – железно распорядился господин Сарам. – Никаких музеев, упаси нас небо!

Его горячо поддержали: за музей не проголосовала ни единая живая душа. И направились участники проекта к лазурному пляжу.

Спуск оказался не столь утомительным, как подъём, и вскоре они попирали скрипучий песок пляжа босыми ногами.

– Уи-и-и! – носилась кругами фотомодель, забыв, что она, вообще-то, персона уважаемая и знаменитая.