Память Древних

Он, очевидно, метался между необходимостью дать ей завершить заклятие и страхом, что чародейка применит его не к тем.

Данан подняла глаза перед собой, наконец-то разглядев Борво. Сморщилась, оглянулась на гномов. Жалкие коротышки, отринувшие призыв Смотрителей в угоду политических распрей! Их бы в самом деле стоило пустить в расход, – зло замечталась чародейка. Вот только…

- Что бы он ни сказал тебе, – сказал Жал, – ты сильнее его.

Данан хотела бы хмыкнуть – она, сильнее архонта? Ха! Но было не до того.

Данан перевела на эльфа взгляд, и Жал не узнал чародейку.

Все, что было доступно ей, Данан вложила в единственную печать Сна, проталкивая её наружу сквозь барьер Фирина. Тот от натуги собственных чар едва не задохнулся.

На одно мгновение Аэрида замерла. Замерла, пока путники таращились на блестящий гранями узор.

Хлопок от срабатывания печати был оглушительным. Защитный купол пополз от удара магической волны швами, трескаясь, как разбившаяся стеклянная посудина. Фирин сжал кулаки, удерживая остатки щита, чтобы Усыплением не свалило их всех.

Твари по другую сторону купола затихли, свалившись на землю. Едва это произошло, Фирин опустил руки и тоже упал.

- Доходяга… Недотрога! – тут же поправился Стенн, кидаясь к колдуну. – Живой? – Гном помог товарищу подняться.

Ответил Фирин на удивление бодро:

- Надо передохнуть немного, и будет порядок.

- Я думал, нам конец! – заорал один из гномов.

- Хочешь их разбудить?! – шикнул на них Фирин. – Дурень! Прирежьте их, пока они спят, – велел он, потом глянул на Хольфстенна.

– Мне надо пару минут. Это, конечно, далеко не та Поющая Погибель, которую я помню. Но приложило все равно знатно.

- Так тебя опустить? – уточнил Стенн, уже помогая эльфу снова сесть на пол. Фирин завалился на посох в привычной манере и вздохнул.

- Да, так лучше, – сказал он. Потом кивком подбородка указал на Данан: как она? Хольфстенн кивнул в ответ: сейчас. Данан, как выяснилось, ослабшая, ютилась в руках Борво, который успел на сей раз быстрее Жала.

Фирин, удовлетворившись увиденным, полез в мелкий кармашек на поясе в поисках какой-нибудь полезной склянки.

Глава 9

Всячески пуская пыль в глаза, Брайс таскал Айонаса за собой на все допросы, дознания, какие-то невнятные военные совещания, целью которых, как август и предрек в первый же вечер, являлся выигрыш времени.

- Для чего оно Молдвиннам – и так ясно, – произнес Айонас, располагаясь в спальне вечером. Альфстанна за туалетным столиком распускала косу.