Память Древних

- Предлагаешь полагаться на блеф? – хмуро уточнил он. – Я правильно понял?

- А что остается? Про договоры Даангвул даже не заикнулся, – зашипела Данан, понизив голос. – Плевать ему на них! Он согласится помочь, только если сначала мы поможем ему. Разговоры про высокий долг его точно не интересуют, и, если заикнемся о договорах – нас из его двери понесут ногами вперед. Или думаешь, Даангвул выболтал нам все как на духу, потому что компании другой потрепаться не нашлось?

Борво почесал темечко.

- Да, мы явно знаем больше, чем нужно.

- Зачем ты впутала нас в это, Дан? – спросил Дей на удивление спокойно. Усталость усмиряет самую неистовую ярость.

- То, что мы нашли в записях Цитадели, слишком туманно и неполно. А он сказал, – женщина указала подбородком на Хольфстенна, – что гномы хранят историю лучше всех в Аэриде. Согласись, добраться до Руамарда было проще, чем до Таз’Гарота.

- Только не надо делать меня крайним, – отозвался Стенн.

- Я и не делаю. Но, Дей, от тебя сейчас зависит больше, чем от нас. Найди все, что сможешь, о тех теократах, которые стали темными архонтами, о Пагубах, об артефактах древности, на которые Смотрители полагались раньше и, главное, о магии Преобразования. Это очень важно, – «и не только из-за архонта».

Дей никак не откликнулся, и Данан сочла за лучшее услышать в его молчании согласие.

- Кто-то должен остаться с ним на всякий случай, – заметил Борво.

- Да, – согласилась Данан, не предлагая никого конкретного.

- Думаю, мне стоит, – сказал Фирин. – Я помню некоторые древние наречия и точно буду ему полезнее всех вас вместе взятых.

- Справедливо, – выдохнула Данан. – Как и то, что в глубинных расщелинах ты тоже будешь полезнее целого отряда, телемант.

Фирин качнул головой – что есть то есть. Они прекрасно помнят, как выбирались из недр подземелий Ас-Хаггарда.

- Решать тебе, чародей, – проговорил Стенн.

Данан, взвешивая одно с другим, медлила.

- Правильнее всего оставить с Деем именно тебя, Фирин.

Дей замер в растерянных мыслях.

- Ну да, – сказал он как можно мрачнее. – Поэтому остаться можешь и ты.

Хольфстенн рыкнул, не сдерживая смех. Это было сильно и внятно.

Данан убрала руку и поджала губы.