Пара его демоничества

Как нельзя подделать? Не вижу никаких проблем: можно накачать крови с трупа, проколоть палец насильно, да и вообще, нос разбить, в конце концов!

— Ты невнимательно меня слушала. Кровь передаёт все данные о владельце. Все! В том числе то, в каком состоянии находится донор в момент подписания документа.

— Ха! Значит, заключённый с шестым Демоничеством контракт недействителен?

— А вот тут мы как раз видим момент исключения из правил. Контракт был действительным.

— Его помощница меня опоила! Я была не в себе.

— Не докажешь.

— Вот аферисты! Всё предусмотрели! — конечно же возмутилась я. — И не понесут же никакого наказания, гады!

Компьютер многозначительно мигнул.

— Такова жизнь. Проще уже с этим смириться и жить по новым правилам, тем более что теперь контракт утратил силу, а Создатель поручил тебе важную миссию.

Я бы, может, и дальше продолжила ругаться и даже сказала бы Умнику, что это всё произвол и насилие, но из коробочки, принесённой орком и брошенной на комоде, раздалась трель.

— А это ещё что?

— Тебе доставили разговорник и теперь вызывают, — примирительно сообщил Умник.

— Наверное, это Аквентин, мы с ним ещё позавчера собирались купить мне средство связи.

— Ответь и узнаешь.

Я сняла крышку и достала из коробки перламутровую изогнутую дугой трубочку диаметром с карандаш и с двумя круглыми камешками на концах.

— Тот камешек, что побольше, поднеси ко рту, а поменьше к уху и что-нибудь скажи, — опять правильно растолковал Умник.

— Слушаю! — выполнив всё, как велел компьютер я, наконец, заставила смолкнуть настойчивый звук.

— Привет, — донеслось из трубки.

Ну, приехали! Этот голос я не перепутаю ни с чьим другим, и это точно не куратор. Хриплые нотки, заставляющие сердце трепетать, могли принадлежать только одному мужчине.

— Вас плохо слышно. — Это ведь гениальный ответ? — Перезвоните!

Хотела положить трубку, но не знала, как, только поэтому пропустила следующую подачу.

— Надеюсь, мой подарок тебя не разбудил?

Не буду блеять счастливой овечкой! Ни за что! Не дождётся! Прикусила себя за внутреннюю сторону щеки: боль немного придала уверенности, а вкус крови заставил встряхнуться.

— А кто это? Простите, не узнала.