Кадеты Нефритовой Академии

Ролан потянулся, как кошка, которой на всё наплевать, и выгнул бровь.

— Ты правда хочешь, чтобы я при всех ответил на этот вопрос? — он демонстративно огляделся по сторонам.

— Уйди с глаз долой! — так же сквозь зубы выдохнул Волфганг.

Ролан хмыкнул и, пожав плечами, отошёл в другой конец площадки.

Он бился первым.

Волфганг, терзаемый ледяной яростью, стискивал в пальцах рукоять меча и наблюдал, как легко, будто продолжение запястья, взлетает клинок в руках врага.

Ролан был весьма быстр, двигался легко, как в танце, но и удары его оказывались достаточно сильны.

Когда настала очередь Волфганга выйти на арену, первые три противника рухнули перед ним на колени после первого же удара. Ярость Рейнхардта была такова, что один только взгляд его пугал, наводя на мысли о смертельном исходе поединка.

Волфганг легко достиг финала, и вот Ролан вырос перед ним и отсалютовал клинком.

— Коэн кхара! — насмешливо произнёс он древний девиз своей семьи. — Беги за солнцем.

— Дэви анаура! — ответил Волфганг ледяным голосом. — Ветры нас хранят.

Клинки взметнулись вверх и со звоном ударились друг о друга.

Ролан не отступал, и это делало его слабей. Волфганг быстро обнаружил эту слабость — Ролан всегда давил, всегда нападал, всегда норовил шагнуть вперёд. Пока напротив стоял тот, кто слабее, этот номер проходил. Но Волфганг не поддавался. Клинки звенели, всё ускоряясь, пока лезвие меча Волфганга не вспороло рукав Ролана выше локтя. Батистовый платок упал в песок.

Мгновение Ролан ошарашено следил за его полётом, а затем с новой силой бросился вперёд.

Теперь Волфгангу приходилось мелкими шажками отступать — такой на него обрушился напор. Бой стремительно выходил за рамки учебного поединка. Казалось, Ролан напрочь перестал себя контролировать. В горле Волфганга продолжала клокотать злость, и наконец ему удалось нанести удар — не совсем по правилам. Рассчитав момент, когда Ролан ступит на камешек, нарушавший безупречно ровную горизонталь песка под ногами, Волфганг сделал обманный выпад.

Это был ещё не конец. Требовалась первая кровь.

Волфганг молниеносно взмахнул клинком и замер, удерживая кончик у горла противника. Он хотел не просто крови. Он хотел расплаты. За всё.

Но в этот момент взгляд его упал на лицо отца, внимательно наблюдавшего за каждым движением соперников.

На мгновение рука Волфганга замерла, а затем он резко полоснул себя по запястью.