Кадеты Нефритовой Академии

Герцог фон Крауз и князь Рейнхардт сидели на одной трибуне, по обе стороны от пустой ложи Первого Консула. Рядом с Рейнхардтами расположились ложи, приготовленные для Симидзу — семейная чета последних появилась задолго до начала и теперь наблюдала за приготовлениями к состязанию со свойственными им постными лицами.

Константин Рейндхардт вольготно расположился на двух стульях между двух дам, искавших его внимания. Как всегда он был чисто выбрит, безупречно причёсан и благоухал томными ароматами ночных цветов.

Герцога фон Крауз сопровождал младший внук — Ирвин фон Крауз. Он казался маленьким и хрупким на фоне мощной фигуры седовласого деда, и, в отличие от последнего, чувствовал себя откровенно неуютно в старомодном блио, какое не решится надеть в свет никто, кроме мужчин из его семьи.

Следующую ложу занимали Макалистеры, обращавшие мало внимания на соседей. От их Дома явилось сразу четверо танов, каждый в сопровождении супруги. Дети в ложе не поместились, и потому вместе с наставниками наблюдали за манежем с другой стороны.

Их было куда меньше, чем ожидалось, потому что все сыновья старше четырнадцати лет сейчас находились на площадке для участников. У Макалистеров намечалась своя собственная дуэль — каждый из танов с замиранием сердца следил за тем, кто из мальчиков наберёт больше призов.

Мелберги, не так давно признанные пятой великой семьёй, пока не имели ложи в первом ряду.

Безусловно, граф Мелберг оказался немало этим оскорблён и настаивал на том, чтобы Краузы потеснились и дали им места в своей почти пустой ложе.

Герцог мягко, но безапелляционно отказал, заявив, что тогда не поместится охрана — однако затем милостиво пошёл на уступки и пригласил в ложу юную Луану — свою будущую невестку.

Теперь двое детей сидели по обе руки от него, то и дело перекидываясь любопытными взглядами. Любопытство Луаны было скорее отвлечённым, любопытство Ирвина — более настойчивым. Его не допустили на Осенний бал, сказав, что он ещё слишком мал, так что в прошлый раз разглядеть невесту брата ему не удалось.

Однако теперь он с замиранием сердца следил за каждым её движением, поражаясь изяществу и красоте.

«Она совсем не похожа на отца», — думал он, но озвучиватьсвоих наблюдений не спешил. Ирвину хотелось приблизиться к Луане и найти повод для беседы, но он не знал, о чём с ней заговорить. К тому же, между ними сидел дед, и при всём желании Ирвину не удалось бы начать беседу незаметно.