Дикая

Дмитрий Сергеевич ходил мрачнее тучи, срываясь на персонале. Те понимающе терпели, стараясь как можно реже попадаться начальнику на глаза. Правда удавалось это не всем.

– Проклятая дикая! – Павел Гриднев, недавно устроившийся в Министерство по протекции сверху, с ненавистью швырнул на свой стол папку с отчетом о ночной смене.

– Она-то тут причем? – отозвалась Мария, стол которой, к неудовольствию последней, соседствовал со столом этого полукровки-мажора.

Дмитрий Сергеевич довольно громко кричал на него из своего кабинета, а потому она досконально знала все косяки, которые парень сделал.

– Ты в отделе уже три месяца, мог бы и запомнить, как заполняются отчеты.

– Подумаешь, две графы спутал. Если бы эта мелкая не выносила ему мозг, нам всем жилось бы лучше. И чего только он с ней сюсюкается? Приложил бы пару раз о стену, и живо шелковой стала.

– Ты дебил? Она чистокровная.

– Он тоже чистокровный. Да и не случилось бы с ней ничего. Я же предлагаю всего лишь припугнуть девчонку. Носитесь с ней, как с хрустальной.

– Эта девушка уникальна. Даже если не брать во внимание ее выдающуюся ментальную силу, то, как она способна терпеть голод – само по себе вызывает уважение. Меня, например, уже на третьи сутки так ломает, что выть начинаю. А она пять дней терпит и ни слова.

– Подумаешь, может это ее способность, как чистокровной. Поэтому и уважать не за что.

– Нет у чистокровных таких способностей. Это лишь ее личная сила духа и выносливость. Да и вообще, дикая нам ничего не должна и ничего от нас не требует. Это мы в ней нуждаемся. Злодеи здесь мы.

Павел понял, что с этой блондинкой нет смысла спорить. Будь у него возможность, он бы быстро эту дикую к ногтю прижал. Как шелковая бы была.

Маша посмотрела на этого выпендрежника, с неодобрением скривив губы.

В это время запертая в комнате вампирша медленно открыла глаза и тут же вновь их зажмурила. Свет, даже тусклый, раздражал. Все тело сводила нестерпимая боль. Казалось, что из нее медленно тянут вены и жилы, причем все разом. И когда уже этот чертов верзила явится?! В этот раз он так просто не отделается.