Леди Осень

А затем он с ожиданием повернулся к девушке:

— Инна?

— Да, мне тоже снилась осень, — тут же отозвалась она, и в ее голосе слышалась явная растерянность. — Но как такое возможно? Мы ведь никогда ее не видели и не можем знать, как она выглядит! Даже по рассказам стариков, что еще успели застать те времена, когда был жив Осенний Двор, невозможно воссоздать те прекрасные виды золотого леса и эти ощущения…

— Какие? — уточнил Филипп, чуть подавшись вперед.

— Как будто там, в этих лесах меня ждет что-то родное, дорогое моему сердцу…

Кажется, такого ответа было достаточно, потому что Филипп вдруг расслабился и облегченно выдохнул.

Меня он спрашивать не стал — со мной и так все ясно. Разве позволила бы я тогда поцеловать себя, не будь у меня подобных воспоминаний? Конечно, нет! Даже будь он хоть трижды таким привлекательным мужчиной, каким он собственно и был, я никогда бы не допустила такой фривольности в отношении к себе!.

— Эти сны — воспоминания, — наконец сказал он, подтверждая мою догадку. — Воспоминания наших душ о прошлых жизнях. Вы трое еще слишком молоды и не успели вспомнить все, но я успел увидеть достаточно этих снов, чтобы сложить все обрывки видений воедино, восстановить полную картину не только своего прошлого, но и истории всего королевства, того, что скрывает от нас Зимний король.

— И что же это? — задержав дыхание, спросила я, одновременно боясь и желая услышать ответ.

Филипп повернулся ко мне и взял за руки.

— Бесконечно много жизней назад мы вдвоем, ты и я, Софи, основали то, что теперь зовется Осенним Двором. Можно сказать, я был первым лордом Осень, а ты — моей леди. Мы не были людьми, но были чем-то большим. Мое имя звучало, как шёпот ветра на закате жары, а твое — как шелест опавшей листвы. Люди не могли произносить наши имена и поэтому дали нам другие. Меня назвали Сентябрь, а тебя…

— Октябрь… — выдохнула я с осознанием.

— Верно, — улыбнулся Филипп, аккуратно стерев с моей щеки слезу.

Надо же! А я и не заметила, как начала плакать. Что-то в этих воспоминаниях вызывало такое волнение, что совладать с собой становилось почти невозможно. Сердце бешено колотилось в предвкушении, а я чувствовала себя так, словно вернулась домой после долгого путешествия или встретила близкого человека, которого не видела несколько лет.

— У нас был сын, — продолжал рассказывать он.