О, мой гад!

Поймаю какую-нибудь карету у ворот, а там, надеюсь, доберусь до дома живой и невредимой.

- А ну, стоять! – окликнули меня на лестнице голосом амурочки. – Тебе письмо от любимого!

- От кого? – переспросила я, оборачиваясь и видя перед собой до крайности довольную и от того торжественную крылатую постальоншу.

- От нового твоего воздыхателя, - особо не стараясь говорить тише, проворковала моя собеседница. – Джинни, твой Ниэль, вчера думал о тебе, когда ложился в постель.

- Зачем? – кажется, у меня шок.

- Подари ему палитру любви, - вновь вернулась к белому стиху амура, - и получишь взамен страсть и ласку, которых еще не познала.

- Знаешь что? – я забрала из ее пухлых ручек конверт. – Оставь, пожалуйста, свои шуточки при себе.

В это время в коридорах было мало народа. Но даже при подобном раскладе мне не хотелось, чтобы такой вот странный разговор услышал хоть кто-то.

- Не хочу держать его мысли при себе, - заупрямилась маленькая женщина. – Ну же, открой его! Вот увидишь, что он тот еще шалунишка.

При этих словах у кудрявой случился неконтролируемый выброс энергии, вследствие чего вокруг пышного тельца закружилось множество красных и розовых сердечек. Но я не обратила на это никакого внимания, потому что была занята чтением следующих строк: «Вечером приду к тебе, так что окно оставь открытым. Надо поговорить».

- Ну уж нет, - хмуро проговорила я.

- Почему-у? – расстроенно протянула амурочка. – Сильный и властный маг Земли к тебе со всей своей широкой грудью, тьфу, душой… А ты его сразу же отвергаешь.

- Во-первых, я не знаю, что он задумал, - стала загибать пальцы. – Во вторых, мы с ним мало знакомы. А в-третьих, это против правил.

- Да когда эти правила кого-то останавливали? – фыркнула крылатая.

- Так, я к себе, - отрезала и, развернувшись, стала спускаться по лестнице на нужный мне этаж. – А ты можешь передать ему, что ничего не выйдет. Я собираюсь пораньше лечь спать и хорошенько отдохнуть.

- Так с ним и отдохнешь, – возмущенно засопела за моей спиной кудрявая.

- Я сказала, нет! – сквозь зубы процедила. – Он мне не настолько нравится, чтобы потерять голову и забыться с ним где-нибудь под ракитовым кустом.

- А было бы так романтично… - мечтательно вздохнула приставучая почтальонша. – Двое в одних простынях, пьют вино и едят виноград…

По-моему, ей самой не мешает устроить личную жизнь. А то слишком уж у нее бурная фантазия на тему любви.