Попаданка, или счастье за полставки

– Я не могу заставить этого идиота, он упрям, как осел! Должно быть мало я его наказывал, но он совсем перестал слушать меня с тех пор, как я распродал других своих орков! Прошу вас, будьте милостивы, князь… в этой телеге все, что есть у меня! Я пережил плохой год и мне пришлось распродать почти все что было, чтобы купить эти товары. Если я не заработаю на завтрашнем большом торгу, то моей семье зимой будет нечего есть!

— Если они такие же крупные, как ты, то как-нибудь протянете до весны.

Вот уж ничто не уродует так человека, как его поступки. Оставить все как есть я не могла ни в коем случае!— Давайте поможем ему. – Обратилась я напрямую к воинам. - Ну, что нам стоит? У нас есть две лошади, которые остались без всадников, да и колесо, я уверена, запасное найдется. Правда, Арлен? Ну, что нам стоит?

Пресветлый князь как-то недобро нахмурился и до скрипа сжал в руках кожаные поводья.

— Вы еще не стали княжной, чтобы так распоряжаться моими людьми, госпожа.

Ах вот ты какой, повелитель Рассветных земель!— А я и не стану, если не позволите решить этот вопрос миром прямо сейчас.

Вокруг повисла тишина. Мне показалось, что даже орк перестал сопеть. Только птичкам и ветру было все равно на то, что я, должно быть, с минуты на минуту лишусь головы.

Князь посмотрел на меня так, будто я у него половину владений аннексировала и любимого коня потребовала зажарить на вертеле к ужину. Я отчетливо видела, как темные мысли мечутся в его светлой голове, а жилы на шее и руках аж натягиваются от сдерживаемого гнева.

— Пусть будет так, как она хочет.

Мужчины немедля бросились исполнять, с опаской поглядывая в нашу сторону. И смотрели они явно не на своего властного князя, а на меня – неизвестно откуда взявшуюся мадам в одном «исподнем», которая стала ему указывать. Хотя, почему это неизвестно откуда? Очень даже известно! С неба, с легкой руки Небесного бога, моего, между прочим, отца.

Эх, знал бы Сергей Владимирович, простой слесарь, как сильно его почитают в этом Межмирье!

И десяти минут не прошло, как все было готово – телега починена и убрана с дороги двумя красивыми пегими лошадьми. Напуганный еще больше прежнего крестьянин снова бросился в ноги, но на этот раз благодаря за милость и спасение его детей от голодной смерти.