Дыхание новой жизни

Совсем не удивившись поведению смелой птички, я протянула к ней руку, надеясь, что она захочет сесть на неё, но птичка всё ещё раздумывала, а потом вдруг резко вспорхнула, когда вдруг позади послышалось:

— Привет, Ань. Вот ты где! Как всегда в своём любимом месте! — Снова пришла Вера. Она никак не хотела оставлять меня в покое, хотя я совсем не проявляла особого желания к общению.

— А, это ты, — ответила разочарованно, оттого, что Вера спугнула птицу, — привет.

— Ты не рада меня видеть? — склонила набок голову она.

— Не выдумывай того, чего нет! — пробурчала я, и Верка с радостной улыбкой бросилась меня обнимать.

— Я только с работы, и решила заскочить к любимой подруге, проведать как ты тут. А то тебя не дождёшься в гости, как не зазывай. Как здоровье? Настроение, вижу, паршивое!

— Да нормальное настроение! — нервно отозвалась. — Явилась, любимка! Зачастила ты, просто я не успеваю соскучиться.

— Ага, расскажи мне ещё... Не успевает она! А сама небось так и ждёт, когда же любимка прискачет! Я тебя насквозь вижу! — сказала Верка показывая сначала двумя растопыренными пальцами на свои глаза, а потом переведя их на меня.

— Я что, прозрачная? — ошеломлённо произнесла я, и Верка опешив раскрыла рот. Увидев такую ожидаемую реакцию доверчивой подруги, я в голос расхохоталась, и Верка прыснула, поняв, что я её подловила.

Теперь уже вместе сели на садовую скамейку.

— Как самочувствие? Получше? — спросила подружка.

— Уже давно всё хорошо, моя же ты заботливая!

— Я же волнуюсь. Ты же всё дома, никуда не выходишь! Знаешь, о тебе какие слухи ходят? — я пожала плечами.

— Любимка мне всё-ё-ё расскажет! — улыбнулась я.

— Конечно! — кивнула подруга. — Для чего ещё нужны подруги? Так вот, в посёлке поговаривают, что дочка Колесниковых пострадала от неразделённой любви и сбрендила. Якобы полгода тебя держали в психиатрической клинике, а родители еле тебя оттуда вытащили, и вот теперь теперь ты сидишь дома, потому что боишься окружающего мира. Вот так! И, если у тебя возникли подозрения относительно меня, то сразу скажу — это не я! — закончила она свой рассказ.

— Ого! — округлила я глаза, но на самом деле совсем не удивилась. — Что только люди не придумают! Ладно, что уж теперь!

— Ага! Антон, когда услышал такое от парней, набил кое-кому морду, — добавила Верка.

— Он в своём репертуаре.

— Да, нет, так-то он давно стал более уравновешенным, только когда дело тебя касается, становится таким вспыльчивым, словно его лично за живое задевает.