Дыхание новой жизни

— А кто должен был его уведомить?

— Вы, конечно. — без тени сомнения на лице ответил полицейский.

— Простите, но наша дочь была без сознания! Она никак не могла это сделать! — возмущённо вставила мама.

— Гражданка Колесникова, я попрошу вас не вмешиваться! Иначе, я попрошу вас выйти! — резко ответит следователь, а затем снова повернулся ко мне. — Когда в последний раз вы выходили на связь?

— Перед новогодними праздниками. Тридцатого декабря. — отрапортовала, стараясь не раздражать следователя.

— Почему вы перестали выходить на связь? — голос старшего лейтенанта звучал излишне резко, словно это я была обвиняемой по делу, а он меня допрашивал о причине совершения преступления.

— Я не знаю... — растерянно ответила. — А должна была?

— Где вы находились в момент последнего звонка? — следователь не давал возможности сосредоточиться, тоном обвинителя задавая всё новые вопросы.

— В своей комнате в общежитии.

— Кто находился с вами?

— Я была одна.

— Вы хотите сказать, что с вами в комнате никого не было?

— Никого.

Не только в комнате, но и на всём этаже не было ни души. Все студенты разъехались на новогодние праздники по домам.

— Почему вы не поехали домой?

— Ну, мой дом далеко, ехать на поезде несколько дней мне не хотелось, а денег на билет на самолёт не было. — ответила максимально правдиво. — А это относится к делу?

— Относится. Косвенно. Я должен подробно изучить картину преступления. Скажите, может вы не поехали домой по другой причине? Вы не сказали своим родителям о том, что беременны, и соответственно, это помешало вам вернуться на праздники домой.

— умозаключение Орехова меня совсем обескуражило.

— Послушайте, а зачем такие подробности? — я почувствовала себя немного неудобно от того, что должна была оправдываться перед чужим мужчиной. — Да, не сказала. Я взрослый человек, могу я быть беременной? Или вы меня хотите обвинить в чём-то? — добавила излишне эмоционально.

— Не волнуйтесь, Анна Андреевна! Пока я вас ни в чём не обвиняю, — следователь внимательно следил за моим состоянием.

Пытался уличить во лжи? Или что-то похуже? — Когда ваш отец подавал заявление, он не указал, что вы были беременны, — добавил он словно обвиняя меня в каких-то грехах.

— Ну, извините! — буркнула я. — Отец и сам тогда не знал.

— Соответственно, к вашему делу присовокупляется дело о похищении ребёнка. Вы что-то можете прояснить по делу?

— Что простите? — растерялась я.