Сборщик эмоций. Родная душа

А если физическая усталость накапливается до неприемлемой отметки, то мой мозг игнорирует все внешние раздражители. Такое случается не часто, но имеет место быть.

На какой-то момент мне показалось, что я просыпаюсь, но открыть, как обычно, глаза не удалось. Я четко чувствовала своё тело, которое не откликалось ни на один приказ мозга.

Каждый вдох давался с трудом, а выдыхать было значительно легче. Мышцы расслаблялись, переставая заставлять легкие раскрываться. Под собственной тяжестью грудь опускалась и буквально выдавливала из меня воздух.

С каждым разом желание заставлять себя дышать уменьшалось. Вдохи становились редкими и значительно короче, а выдох затягивался на возможный максимум, замирая в ожидании настойчивого требования от организма очередного глотка воздуха. Стук сердца слышался подобно тихому эху, отражающемуся об телесную оболочку. Удары редкие и ленивые.

От размеренного хода внутренних процессов отвлекло прикосновение. Кто-то приложил ладонь к моему лбу.

Я чувствовала одеяло, окутывающее меня, и крепкие объятья. Попыталась понять кто это. Но никаких привычных вещей – эмоции и запахи от неизвестного не исходили. Или это я совсем отключилась от внешнего мира? Смогу выяснить это, лишь когда открою неповинующиеся мне глаза.

Одеяло одернули. Ладонь незнакомца легла на грудь: большая, теплая, с грубой кожей.

– Дыши, – тихим шепотом велел он, царапая лоб своей щетиной.

Голос казался бесцветным, никого не напоминающий. А негладко выбритые щеки подтвердили, что это не Вэн.

Привычную тьму залило светом. Он обнимал меня со всех сторон, прогревая тело насквозь.

В груди что-то отозвалось в тихой попытке засиять, но на фоне окружавшего меня света, потерялось. Я дышала чаще и увереннее, полностью растворяясь в невероятной неге.

– Про-сы-пай-ся, – донеслось до меня одно слово, растягивая нараспев.

Нехотя открыла глаза и зажмурилась от яркого света, заливающего комнату через ничем не занавешенное окно. С кухонной зоны слышался шум, а запах еды напомнил, что мне давно пора поесть.

– Давай, вставай. – Вэн обернулся. – Поешь, да я пойду.

Пошевелилась в постели, проверяя в каком состоянии тело. Мышцы немного ноют, но терпимо. Села, прислушиваясь к своим ощущениям. Вэн уже выкладывал яичницу на тарелку.

Сползла к краю кровати, поближе к шкафу.