Салон красоты мадам попаданки

Лори достала из сумочки толстый стеклянный прямоугольник размером с мой мобильник, к боковине которого крепилась стеклянная же палочка, типа стилуса, и ею быстро начала писать на прозрачной поверхности список необходимых мне в хозяйстве вещей. Слова исчезали с яркими синими вспышками. Видимо, поэтому гаджет и назывался «молния».

— А как ты задаёшь адресата? — поинтересовалась я, когда через пару минут с мелодичным треньканьем на стекле вспыхнуло ответное послание с суммой в пятьсот семь эликов за заказ и доставку.

— Хм-м... Никогда не задумывалась над этим. Просто пишу сообщения тем, кому хочу их отправить, и молния улетает в нужное место.

Понятно — магия.

По дороге в таверну Лорика рассказала, что заведения общепита держат опять же феюны — мужчины с крыльями, которых я видела на собрании. Еще они занимаются вопросами строительства, ремонта и озеленения — этот народ хоть и обитал в коричневом районе, обладал бытовой магией.

— А что же при них делают бездушные? — я пока так и не узнала, как используют поднятых мертвецов.

— Что хозяин скажет, то и делают. Как тебе объяснить… — Лорика огляделась вокруг и подняла с красного газона палку, — вот представь, что ты говоришь вот этой палке: «пойди выбей мне ковёр» — и она подчиняется. Так и бездушные. Они исполняют то, что им велят хозяева. Идеальные исполнители: многофункциональные благодаря рукам и ногам, не умеют думать и разговаривать, а когда заканчивается срок годности, не требуют утилизации, потому что рассыпаются искрами и улетают в небо.

Уму непостижимо! Просто мороз по коже от таких рассуждений!

— Лори, но это ужасно! — попыталась я донести до помощницы свою точку зрения. — Представь, что твоё тело так будут использовать после смерти...

— Не будут. Мы — лесовины — превращаемся в деревья. Максимум — пустят на сруб, но мне будет уже всё равно, душа моя воплотится в другой лесовине.

Остаётся только развести руками…

— Ты прости, но я не могу уложить в голове ваше отношение к мёртвым людям.

Мы подошли к симпатичному деревянному трактиру. Посетителей в нем практически не было, и Ло предложила занять столик в углу зала. Обслуживала нас общественница дриада, и я, наконец, увидела одну из них. И да! Я не ошиблась. Девушка действительно была страшненькой. Тёмная кожа лица сморщенная, как сушёная груша, крючковатый тонкий нос и сжатые в нитку губы...