Целительница из другого мира

Почти всё садится на неё хорошо. И я со спокойной душой, довольная тем, что девушка теперь не будет нуждаться в одежде, отправляю её отнести теперь уже свои вещи в комнату.

Лана, в пятый раз поблагодарив меня, убегает. И мы с Алмой остаемся наедине.

— У тебя доброе сердце, Ари, – наводя порядок в шкафу, говорит мне няня. Потом, вздохнув, добавляет: — С одной стороны, это хорошо, а с другой, может принести тебе немало проблем и бед. У Ланы никого нет, поэтому твоя доброта и участие сделают из неё преданную подругу.

Но так будет не со всеми. Кто-то может просто воспользоваться тобой. Будь осторожна. Не доверяй всем подряд.

— Я и не доверяю всем подряд, Алма. Только тебе и отчасти Лане. Тебе, потому что благодаря воспоминаниям Ариеллы знаю, что преданней тебя человека сложно найти. А Лане, потому что чувствую, что она не предаст. Своей интуиции я привыкла доверять, но рисковать всё же не буду. Поэтому пока решила ей не говорить, кто я на самом деле.

— Может, это и правильно, – закрыв шкаф и повернувшись ко мне, произносит женщина.

– Придёт время — расскажешь, если в этом будет смысл.

— Что ты имеешь в виду? – уточняю я.

— Может, ты из другого мира, но вы с Ариеллой очень похожи. Только ты словно… улучшенная... нет, не так… более смелая и сильная её копия. Ты такая, какой всегда мечтала видеть свою дочь покойная графиня. Ты куда больше похожа на графиню Белфрад. Она тоже была смелой, гордой и несломленной до самого конца.

— Она бы гордилась Ариеллой. Ей пришлось многое пережить.

И она с достоинством принимала все трудности судьбы. Ари тоже была смелой, гордой, настоящей аристократкой.

— Да, была. Но она искренне желала любви отца. И страдала от одиночества. Именно это её и сломало, – с потаённой болью произнесла Алма.

— Мне любовь графа Белфрада не нужна.

— И в этом твоя сила, девочка. Ты не цепляешься за надежду обрести отцовскую любовь. Не ищешь его одобрения. Поэтому можешь ему противостоять.

Громко сказано «противостоять».

Спорить, ругаться, не соглашаться с его решением я могу. Это да. Но у всех моих действия будут последствия. И вот против последствий я почти бессильна.

Не успеваю что-либо ответить Алме, так как в дверь кто-то тихо, но настойчиво стучит.

— Войдите, – нахмурившись, говорю я.

В комнату входит служака по имени Салли, если я правильно помню из воспоминания Ари.

— В чём дело, Салли? – делая несколько шагов навстречу служанке, напряженно интересуется Алма.