Академия благородных. Чаровница

– Леди Айвери, – елейным голосом начала я, – мне кажется или вы присутствовали на том моменте, когда декан Сарентон сказал, что я прошла собеседование? Скажете, что у меня были галлюцинации?

Женщина впервые за все время нашего разговора посмотрела на меня, оглядела, будто я товар на рынке.

– А-а-а, эта… – протянула она и отвернулась.

– Леди Айвери! – начала заводиться я. – Может, поясните наконец, почему моя фамилия не попала в список?

– Формы жалоб там, – пилка указала в направлении подоконника.

Жалобы – это отлично, жалобы – это просто замечательно, но не в моем случае. Потому что по факту совершенно недоказуемо, что декан мне что-то обещал, если он это сам не подтвердит.

– Леди Айвери, мне вот интересно, это декан Сарентон слова не держит или это ваша личная инициатива?

Женщина внимательно оглядела меня, лениво так.

– Пошла. Вон. Отсюда. И чтобы на факультете я тебя больше не видела!

– Или что? – сузила глаза я, нащупывая в складках одежды кинжал, который сегодня не брала с собой.

И мне было из-за чего переполошиться, потому что секретарша закрутила вокруг себя тайфун воздуха. На этот раз ничего не взмыло вверх и не раскидало по кабинету, но только потому, что она просто предупреждала, а не атаковала в реальности.

– Леди Айвери! – взъярилась я и только собралась сказать все, что я об этом думаю (не поможет, так хоть душу отведу), как из дверей своего кабинета вышел декан собственной, так сказать, персоной.

– Что здесь происходит? – искренне удивился он и посмотрел на нас по очереди, хмурясь с каждой секундой. – Леди Дорнтон?

– Это я у вас хотела спросить, что происходит! – запальчиво сказала я, но потом снизила голос. – Я пришла выяснить, почему не попала в список претендентов, а леди Айвери на меня, кажется, собирается напасть.

Неконвенционная война – она такая, да. Я не ябеда, но кое-кто перегнул палку, причем совершенно на ровном месте.

– Леди Айвери? – спокойно повернулся мужчина к своей секретарше.

– Я ей сказала, где взять бланк жалобы, если ее что-то не устраивает.

– И что я там напишу? Что декан Сарантон в этой самой комнате при свидетеле сказал, что я прошла собеседование и если сдам экзамены, то смогу поступить на этот факультет? Только одна печаль, – посмотрела я в упор на декана, – почему-то все, кроме меня, об этом забыли. Наверное, у меня все же были галлюцинации.