Никаких ведьм на моем отборе!

— Ааааа! — завопила я на все здание, отскакивая назад и больно — аж искры из глаз посыпались — ударяясь спиной о дверной косяк.

Маг поморщился и щелкнул пальцами, на корню обрывая мой концерт.

— Проходите в кабинет, Эвильен. — Он отступил в коридор, перекрывая мне путь к отступлению. — Продолжим наше знакомство внутри.

Я отчаянно покачала головой, раз уж права на крик, как и на любое другое вербальное проявление недовольства, меня лишили. Сложила на груди руки — и тут же пожалела. Талия и все, что ниже, оказались беззащитны.

Хмыкнув, инквизитор сжал мои бедра, отчего я бы застонала от боли, если бы могла, — бутылек впился прямо в кожу — и переставил на пол кабинета.

Дверь грохнула, как крышка гроба моей свободы.

— Раздевайтесь, Эвильен, — приказал мужчина, занимая единственное — видимо, чтобы гости не расслаблялись, — кресло.

Я покачала головой, хотя после его «объятий» хотелось задрать юбку и растереть пострадавшую кожу. Но не в присутствии же мужчины этим заниматься! Я все же честная девушка, пусть и не совсем чистая на руку.

— Запишем, не волнуйтесь, — заверил меня маг, одаривая довольной улыбкой. — Но об услугах хотелось бы подробнее. Как много, как часто, все ли клиенты остались довольны?

Улыбка мужчины стала по-настоящему похабной. Он словно меня не в незаконном ведьмачестве и алхимии обвинял, а в других менее квалифицированных, но более оплачиваемых услугах. Но не это заставило меня покраснеть, а после побледнеть, сравниваясь цветом лица с мундиром собеседника.

Я вслух сказала о протоколе, а значит могла и о…

— Вопросы вашей невинности меня не волнуют. Только невиновности, — подтвердил худшие мои опасения маг, не оставляя без внимания моих покрасневших щек. — Доставайте уже, что у вас там припрятано. Иначе мне придется вам помочь. И не сказать, чтобы я был этим огорчен. Скорее наоборот.

И мне не нужно было обладать ни каплей ментального дара, чтобы понять: маг говорил чистую правду.

Я тяжело вздохнула, нечаянно переключая внимание инквизитора с нижних девяноста на верхние… достоинства, и, помявшись для приличия, сунула руку под платье.

— Нет, я так не могу, — жалобно простонала. — Я стесняюсь.

— По второй специальности я — целитель. Можете не стесняться, — успокоил меня собеседник, подаваясь вперед.