Принцесса Ангиары

– А как же тайна пациента?

– Ты принцесса. Тайна тайной, но когда ты спросишь, не беременна ли ты от Ушедшего, я лично не берусь предсказать реакцию и последствия, – язвительно ответил Ричард, потом сжал кулак, стараясь взять себя в руки. – Извини, просто это…

– Неожиданно? – усмехнулась я. – Да уж, понимаю, поверь.

– Как такое вообще случилось? Ты что не предохранялась?

– Вот давай только на меня все не вали! Хотя да, ты прав, это я виновата, я пришла тебя соблазнять, а не наоборот. – “Так что строить сейчас из себя жертву по меньшей мере нечестно”, – подумала я, а вслух продолжила: – Ричард, поверь, это случайно получилось, я ничего такого не планировала.

– Верю. Но надо что-то решать.

– Я не могу ничего решить, пока не буду знать, это человеческий ребенок или нет, – твердо ответила я и впервые за этот разговор посмотрела мужчине в глаза.

И мне не понравилось то, что я там увидела.

– Сейчас это совсем не вовремя, Эмма, – сказал Ричард, встал и направился к двери.

Глава 46

Ричард

Черт, как же это все не вовремя! Даже нет, не так, это само по себе проблема, но сейчас это может обернуться трагедией. Да еще упертость девчонки… Ну где я найду врача, который знает, как определить Ушедшего? Не могу же я просто объявление дать?

Гораздо проще было бы, если бы она просто избавилась от ребенка, но она видите ли хочет родить, если ребенок мой. А меня спросить? Нет, я понимаю, что это все-таки ее тело, и основное решение на ней, но если мы говорим о перевороте и я становлюсь королем, то внебрачного ребенка у меня быть не должно.

Один раз, черт! Один раз и теперь вообще непонятно, что делать. Единственное, что уже сейчас ясно – нужно узнать точно, да или нет.

Я опять вскочил со стула, прошелся по комнате туда-сюда, сел. Такие забеги по спальне повторялись уже не первый раз за последний час, но хоть немного снимали нервное напряжение, потому что первые минут тридцать я не знал, то ли мне кого-то идти убивать, то ли… да не знаю что.

Не знаю, я как на это реагировать! Не знаю!

Не то чтобы я никогда не думал о жене и детях, но это всегда было когда-нибудь, а не прямо сейчас.