Принцесса Ангиары

Ну и что ему опять не нравится?

– Давай завтра съездим в особняк Клифордов, навестим твоего отца, познакомимся, – предложил принц. – В конце концов, мне интересно, где ты жила и с кем общалась.

Тут уже Мэдлин мельком посмотрела на Ричарда, не заинтересованно, скорее удивленно. Но все же постаралась не выдать своих чувств. Я последовала ее примеру.

Принц явно хочет познакомиться не только с отцом, но и с Майей. Получается, он не доверяет моему мнению, наверное думает, что я плохо разбираюсь в людях. Впрочем, после Жаклин он имеет на это право.

Глава 42

Наверное, со стороны выглядело странно, что младший принц решил посетить отца своей невестки. Но надо же им, в конце концов, нормально познакомиться.

Мне все еще казалась дурацкой идея представить Мэдлин моей подругой. Почему не просто телохранителем? Да и вряд ли Вильям и Анастасия такие идиоты, чтобы не провести параллели с другом Ричарда Стивеном. Не, ну странно это. В целом, все с этой точкой зрения согласились, но приблизить лояльного ко мне и только ко мне телохранителя по другому просто не получалось.

Ведь если даже нанимать его через знакомых принца по бизнесу, то секретная служба все равно должна проверить человека и согласовывать, что она могла просто проигнорировать. У женщины же была достойная, проработанная и подкрепленная легенда.

Наш кортеж остановился перед моим фамильным особняком, первыми вышли Стив и Лин, так она просила себя называть, следом уже мы с Ричардом. Дворецкий возвестил о нашем приходе и проводил в большую гостиную.

Эту комнату, точнее небольшую залу открывали только по особым поводам. Я сама в ней была всего несколько раз, так что немало удивилась. Мрачное помещение утопало по углам в тенях, свет горел только в центре, где, собственно, нам и предстояло расположиться. Можно было включить все освещение, но папа этого почему-то не сделал. Ощущение, что на тебя сверху давят, в этой комнате формировал не только мрак, но и огромные древние полотна баталий и охоты, что украшали все стены.

Их было плохо видно, и от этого казалось, что все изображенные на картинах следят за тобой белками нарисованных глаз. Жутковато. Когда-то мне нравилось, но не теперь, когда нервы полностью расшатаны.

Отец сидел на огромном, даже внешне неудобном, слишком глубоком кресле, но при виде нас поднялся.

– Ваше высочество, Эмма, прошу. С телохранителями поздоровался лишь кивком, но тоже пригласил садиться.

Мы расселись на диване и креслах, утонув в них.