По следам чужих секретов

– И почему все сейчас такое доступное… – снова встала передо мной Мария. – И почему ты не боишься моего взгляда? Что вообще с тобой не так?

– А должна? Что я должна чувствовать? – поинтересовалась я.

– Как минимум страх, – ведьма еще раз всмотрелась мне прямо в глаза, а я ничего не почувствовала.

– Ничего не чувствую от Вас, я Вас не боюсь. – пожала плечами и сосредоточилась на привязке.

Все было довольно просто: зачитать заклинание и коснуться призрака. Что я и сделала, однако вместо голубого свечения, библиотеку наполнило золотое.

– Так… и должно быть? – спросила я, глядя на ведьму.

– Чего ты у меня-то спрашиваешь, – возмутилась та. – Я такого раньше не проворачивала.

– Как Вы…

– Ты, – поправила меня Мария и отправилась вдоль стеллажей, – мы уже на ты после такого ритуала.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовалась я. В книге ничего описано не было, и меня одолело любопытство.

– Твою магию чувствую, но без разрешения взять не могу, – недовольно отозвалась призрачная дама.

– Может хотя бы скажешь сколько лет назад жила? И что с тобой случилось? – внезапно вырвалось из меня.

– Зачем тебе это? – глухо спросила она.

– Почему бы и нет, – пожала я плечами, подходя ближе к ведьме. – Отвлекусь от своих непроглядных мыслей.

– Ты копаешь с одной стороны, Лекс – с другой, – неожиданно серьезно сообщила Мария и повернулась ко мне лицом. – Может пора уже объединиться?

– Он меня не послушал три года назад, назвав все мои слова бредом, а сейчас…, – даже теперь обида так и сквозила в моих словах.

– Не так просто иногда бывает изменить своим привычкам, – задумчиво отозвалась ведьма.

– Для чего ему вообще что-то менять?

– Скоро узнаешь…, – загадочно улыбнулась ведьма.

Мария развернулась и снова стала проплывать по всему залу, говоря, что разговор окончен.

Снова ничего не получилось…

Я уже решила закончить отработку на сегодня как услышала:

– Уже больше трех сотен лет прошло.

Усмехнувшись про себя, вернулась к ведьме и, усевшись на стул в читальной зоне, стала слушать. Нужды ходить по стеллажам за Марией не видела, потому что эхо в пустой библиотеке доносило совершенно все слова.

– Мне было тридцать, – грустно отозвалась Мария и замолчала.

– Ты была красивой, – поддержала я, когда пауза затянулась, чтобы просто не молчать и не отпускать Марию далеко в ее воспоминания.