Сердце на двоих

Он приказал своей охране стоять на месте и сам первым скользнул в шатер. Агве прошла за ним, я двинулась следом.

Внутри, как и всегда, царил полумрак. В этот полуденный час старушка даже не зажигала свечей, хватало тех крохотных лучиков солнца, которые пробивались через ткань навеса.

И еще тут всегда было холодно, сегодня в особенности. Я зябко обхватила себя руками за плечи, не ожидая от разговора с этим человеком ничего хорошего.

— Я согласен отпустить вас, — без предисловий начал мужчина. — Но взамен она пойдет со мной.

— Нет, — уверенно и спокойно ответила Агве. — Эмма предназначена не тебе.

Боров скривился.

— Не неси чушь, кочевница. Набиваешь цену — так и скажи. Но я сегодня добрый, даже денег дам.

Мои глаза округлились.

Я была не маленькой, чтобы понять, чего именно возжелал этот противный. И от одной мысли, что я и он можем остаться наедине, как женщина с мужчиной, меня начинало подташнивать.

Даже ком к горлу подкатил.

Я замотала головой, показывая Агве, что не хочу.

Но мать и без этого не собиралась меня отдавать.

— Я же сказала, — все так же ровно продолжила она, обходя борова по кругу и подходя к своему столу, где были разложены ее карты.— Эмма предназначена не тебе.

— Тупая старуха. Я ведь не торговаться зашел. Возьму силой, значит.

Он резко развернулся, оказываясь ко мне лицом к лицу, и схватил за локоть.

Я уперлась ногами и попыталась отбиться второй рукой: вцепилась ею в лицо мужчины. Глубокие царапины прочертили его лоснящиеся щеки.

— Стража! — заорал боров, не в силах справиться со мной самостоятельно. — Арестовать этих двоих: воровки и государственные преступницы! За решетку!

— Агве! Беги! — закричала я, понимая, что против отряда мужчин мы бессильны.

Но старушка стояла на месте.

Лишь подняла одну из карт со стола и перевернула рубашкой вниз — «Верховная смерть».

— От руки короля твоего гибель к тебе придет, стражник. Помяни мое слово.

Ричард

— Отличный выстрел, ваше высочество, — лебезящий голос одного из егерей раздражал, — прямо в цель.

Ко мне подтащили убитого вепря — стрела попала прямо в глаз.

Не моя стрела!

Я видел это по оперению. Мои стрелы были особыми, а эта принадлежала кому-то еще.

— Ненавижу, когда мне лгут. — Я спрыгнул с лошади и подошел к убитому животному ближе.

Так и есть: мне лгали.

Моя стрела вошла вепрю прямо в сердце до середины древка и, возможно, даже послужила причиной смерти, но лгунов я не любил.