Я не хочу быть драконом!

- Хлебанув моей кровушки, ты не просто запустила процесс мутации в своём организме и привязки летуна к вожаку и наставнику, - продолжил он, оставив официальный тон. – Помимо всего прочего ты непонятным образом стала частью моей звезды. А в ней до этого момента женщин не было и, надеюсь, не больше будет.

Какой ещё «звезды»? Что это вообще такое? Но, судя по недовольным ноткам в голосе Его Высочества, он факту моего вхождения в эту непонятную «Звезду» рад не был ни капли. Я же вообще перестала что-либо понимать, но спрашивать не стала.

- Фея, ты меня слушаешь? – бросил мужчина, чуть дёрнув меня за руку. – Жить будешь в женском общежитии. Сейчас середина лета, у многих каникулы, в академии только те, у кого практика или занятия, которые нельзя прерывать.

- А у меня?

- Тебе придётся за оставшийся до начала общей учёбы месяц научиться перекидываться. Быстро, сознательно и безболезненно.

- А если я не смогу?

- Тогда потеряешь либо разум, либо жизнь. Тебе какой вариант больше нравится?

Я промолчала.

- Можешь называть меня Луч, - проговорил после недолгой паузы. – И на «ты».

- А как же Ваше Высочество? – не смогла я сдержать язык за зубами. Он у меня в компании этого дракона вообще странным образом развязывался.

- Луч, - строго сказал дракон. - Но это лишь наедине. При посторонних я для тебя митор Ринорский, и никак иначе.

Остаток пути до массивных кованых ворот мы преодолели в молчании. Уверившись, что я никуда не сбегу, Луч отпустил мою руку и теперь шагал чуть впереди.

Привратник поначалу пытался заявить, что ворота до утра не откроет, но разглядев моего спутника, очень быстро пропустил нас на территорию академии. Несмотря на глубокую ночь, здесь оказалось довольно светло. Фонари работали исправно, что позволило мне рассмотреть и большое здание учебного корпуса, и просторную площадь перед ним, и длинные двухэтажные постройки, которые, видимо, и являлись общежитиями.

Луч больше ничего не говорил, а я не стала напрашиваться на экскурсию. Потом сама всё посмотрю, если это не запрещено.

Передав меня с рук в руки дожидающейся нас пожилой низенькой комендантше, митор Ринорский ушёл. И, как ни странно, глядя ему вслед, я всё сильнее ощущала нарастающий страх. Будто пока он находился рядом, я чувствовала себя защищённой, а вот теперь… осталась совсем одна.