В Бездонном море тысяча ночей

Он не спешил ей помогать.

- Отец вернулся вчера почти сразу после того, как Вы ушли, - сказала Лэина будто бы между прочим. – У Вас, наверно, было к нему какое-то срочное дело. Может быть, я могу что-то ему передать?

- Вы столь юны, но уже так умело пользуетесь женскими чарами. Я восхищён! – воскликнул Рагавурр и не соврал. Девушка была слишком умна и находчива для своего возраста. – Если бы я не знал, как рьяно потомки Лаан относятся к чистоте своей крови, я бы, возможно, даже поверил, что Вы искренне мною заинтересовались.

Лэина немного отстранилась, глядя на него в недоумении.

- Ну, что Вы. Не бойтесь. Когда Вы подрастёте и наберётесь опыта, я с удовольствием поиграю с Вами в эту игру. Хотя не уверен, что Вам когда-то удастся меня обыграть. А пока давайте немного поговорим на чистоту.

Лэина прикусила нижнюю губу.

- Итак, Вы хотите знать, зачем я приходил и чего я добиваюсь, я прав? – спросил он непринуждённо, вовсе не обвиняя её ни в чём, а наоборот словно подбадривая.

Она кивнула.

- Я мог бы Вам это рассказать, - он растягивал слова, будто бы взвешивая это решение. – Но готовы ли Вы заплатить мне цену?

- Возможно.

- Даже если ценой окажется свобода? – он поглядывал на неё с нескрываемым любопытством.

- Если бы я не знала, что в груди Морского змея бьётся камень вместо сердца, я бы тоже подумала, что Вы мной заинтересовались, - ответила она. – Назовите цену, и я решу.

Он рассмеялся, услышав её ответ. В этой девушке было столько Воли, что во всём Улиан Гиугин с его королевскими кровями не сыскать ей себе достойную партию.

- Так что? – переспросила она.

- Навестите своего двоюродного брата и познакомьтесь с его погруженной женой. Взамен я расскажу Вам, зачем именно приходил к главе рода.

Цена показалась ей весьма странной, но несущественной.

Он протянул руку, чтобы скрепить сделку, и она уверенно её пожала.

- Даю Вам день. Приходите завтра в то же время, - он, наконец, отпустил её.

Она вышла из его комнаты на ватных ногах. Со стороны посол казался весьма искусным и рассудительным дипломатом, знающим этикет. На людях он вёл себя сдержанно, соблюдая приличия, но встреча наедине отличалась кардинально.