В Бездонном море тысяча ночей

В Лаан Гиугин ещё не было Глубинного храма. Жрецы спускались в пещеру под усыпальницей и там проводили обряды. Глубоко под ней, на дне пещеры, в Чертоге прародителей спят трезубцы. Проснувшись, они поднимаются наверх и ищут того, кто оказался достоин их пробуждения.

Акула, выплывшая из усыпальницы, приблизилась к Диане. Прямо над её рукой она открыла пасть, из которой выпали два небольших предмета. Диана машинально схватила их и с интересом раскрыла ладонь. В ней лежали два пузырька, с одного бока покрытые илом.

Они были закупорены, но пусты. Отдав склянки Диане, акула махнула хвостом и уплыла назад в город.

– Положи в мою сумку. Покажем Анарэну, – сказал Аруог

Спрятав пузырьки, Диана продолжила разглядывать руины. Они пробуждали страх и восхищение. Когда-то по этим улицам плавали знатные Оиилэ. Они заглядывали в лавки и рассматривали привозные товары, сплетничали и ругались, жили и умирали в этом городе. На его улицах вместо акул когда-то сновали подводные жители. Было грустно и больно смотреть на развалины некогда процветавшего города.

– Неужели нет совсем никакой надежды? – спросила Диана. – Через покров правда никто не может проплыть? Даже ты?

– Открыть покров может только владелец Правящего трезубца. Когда он снова будет в руках потомков Лаан Ууноги – Королевского племени, и Глава племени вернётся в Лаан Гиугин, только тогда этот город снова откроет свои двери.

– Тогда почему до сих пор никто не вернул этот трезубец?

– Все ушедшие за ним, проиграли бой.

Только сильнейший достоин.

Когда Лаан Гуигин остался позади, перед ними появилась огромная стая скумбрии. Дельфины окружили её и начали сжимать кольцо. Они хватали крупную рыбу и опускались на дно, чтобы размельчить её, ударяя о камни.

Ивин, глава стаи, подплыла к Аруогу, держа в зубах крупную рыбину. Отдав её, она снова поспешила на охоту. Аруог достал из сумки каменный нож, разделал рыбу, отделив филе от хребта, и протянул одну половину Диане.

– Наш обед, – сказал он.

Когда они доплыли до рифа, солнце уже отклонилось от зенита на запад, тяготея к горизонту.

Диана впервые видела коралловый риф вживую. Он был не на экране гаджета и не в рассказах друзей, а прямо перед ней, пестрея своими причудливыми формами и красками. Полипы, формирующие риф, покрывали всё дно. Меж ними в поисках пищи и убежища сновала рыба самых неожиданных окрасок. Она ныряла носом в песок, выглядывала из-за кораллов, пряталась в водорослях. На рифе кипела жизнь.