Ты — мой, бог!

Ты — мой, бог!

Ирина Тигиева

Пролог

1031 г.

Никому не известная деревенька в Британии

— Нана, а для чего друиды приносили Короля Года в жертву? — спросила у бабушки маленькая Гульвен.

— Чтобы весь следующий год погода была хорошей, урожай — богатым, а скот — здоровым.

— И это помогало? — удивилась девочка.

— Иначе бы они этого не делали, — бабуля снова склонилась к шитью.

Гульвен обожала такие вечера — осенние, тихие, когда её нана садится за шитьё или пряжу и рассказывает удивительные истории.

А этот вечер — особенный: Канун Дня Всех Святых. И история — соответствующая: о том, как в далёкие-далёкие времена этот праздник отмечали предки. Гульвен слушала затаив дыхание, но, выслушав историю до конца, начала недоумевать. Друиды выбирали молодого парня, хорошо кормили его весь год... чтобы в канун Самайна принести в жертву? И вся хорошая еда, считай, пропала? Так делают с отборными поросятами и гусями, но их откармливают, чтобы потом съесть на праздник. А Король Года...

— Его ведь не ели? — на всякий случай уточнила Гульвен.

— Кого? — нана с удивлением подняла глаза от шитья.

— Короля Года.

— Нет, конечно. Просто отдавали богам. А те, взамен, дарили людям хороший урожай.

— Зачем тогда было хорошо его кормить? — девочка сморщила носик. — Пусть боги и кормят!

— Для богов всё должно быть самым лучшим, — терпеливо объяснила бабуля. — Нельзя давать им в дар голодного и тощего Короля Года, иначе они разозлятся. А с гневными богами дел лучше не иметь.

Гульвен и не хотела иметь дел с богами — судя по всему, они — те ещё привереды!

— А Королев Года тоже избирали? — спросила она.

— Да, — кивнула нана. — Каждый четвёртый год в дар богам выбирали самую красивую девушку...

— ...и кормили лучшей едой? — догадалась Гульвен.

— Самой лучшей!

Гульвен вздохнула. Какое всё же расточительство — тратить самую лучшую еду на Королей и Королев, всё равно предназначеных в дар богам... Во дворе вдруг послышались голоса, и Гульвен подскочила со скрипучего стула.

— Куда? Скоро стемнеет! — нахмурилась нана.

— А ты ведь знаешь, какая это ночь.

Гульвен знала — именно поэтому и не собиралась оставаться после наступления темноты дома. Этой ночью в деревне будут отмечать Самайн, и её старшая сестра Бренна в компании подруг и молодого кузнеца Вейлина идёт на празднование, где будут прыгать через костёр, петь песни и прощаться с богом Солнца до самой весны. Вообще-то Бренна брать её с собой не собиралась, но Гульвен это не смущало.